Замуж на неделю

Но, похоже, вид у меня был совсем уж плачевный – сердобольный дворецкий, принимая у меня меховую накидку, даже выдал:

– Я могу вам чем-нибудь помочь, госпожа?

Отнесите меня в комнату на ручках.

Хотя нет, лучше позовите Риана, и пусть он уже несет меня на ручках.

– Благодарю, ничего не нужно, – я даже сил на вежливую улыбку наскребла. – Подскажите, пожалуйста, мой супруг уже вернулся?

И не поджидает ли он меня злющий-презлющий с плеткой наперевес.

– Пока нет, госпожа.

Но не успела я додумать свою счастливую мысль «…и раз пока его нет, пойду-ка я и с часок пообнимаю подушку…», как дворецкий добавил:

– Дома только госпожа Ливина.

Боюсь, мой тяжкий вздох был слышен и за пределами холла.

– Вам точно ничем нельзя помочь, госпожа? – добрый дворецкий насторожился еще больше.

А как вы мне поможете? Вместе меня пойдете к Ливине и шантажом придете к пакту о ненападении, мол, я буду молчать, но и ты тоже? Понимаете, я страдаю исключительно потому, что теперь вместо отдыха придется идти к Ливине и решать эту проблему, раз возможность представилась. Я, может, не самый ответственный человек в мире, но тут просто выбора нет. Болтливость Ливины может в итоге очень дорого мне обойтись.

– Скажите, а если вызвать целителя, как скоро он приедет?

– Около часа, госпожа. Прикажете отправить лакея?

Около часа?.. Не пойдет. Скоро ведь уже выдвигаться на чужое празднование, и уж точно не стоит, чтобы целитель попадался Риану на глаза. Ладно, вроде в доме была каморка со снадобьями на всякий случай, надо там что-нибудь от ожога поискать при возможности.

И обязательно решить вопрос с Ливиной, раз Риана сейчас так удачно нет дома…

Я все же поднялась в себе спальню, но лишь за перчатками, чтобы никто мою замотанную ладонь не видел. Слабость по-прежнему притупляла боль настолько, что можно было не взвывать при случайном прикосновении. Так что по пути в библиотеку, где, по словам все того же дворецкого, заседала Ливина, я все же решила заглянуть сначала за лечебным снадобьем.

Нужная меня каморка располагалась в одном из боковых коридоров первого этажа. Этот же коридор вел к подвалу и особо тут никто не ходил. Так и я рассчитывала, что никому на глаза не попадусь.

И я уже даже дошла до нужной двери. И даже взялась за ручку…

Точно… Слов не разобрать, но вроде бы мужской и женский…

И кто это у нас в каморке уединился среди белого дня?

И точно ли Ливина в библиотеке?..

Я не помню, как называются те, кто любит подглядывать за чужим интимом. И не знаю, есть ли отдельное название у тех, кто любит подслушивать этот самый чужой интим. Причем, я никогда не относилась к категории ни первых, ни вторых. И сейчас собралась сразу же уйти, но…

Что-то дернуло все же прислушаться.