Замуж на неделю

А я просто сидела за своим столиком в уголке, наблюдала за всем этим бедламом, философствуя, какой форменный бардак в закрытом помещении могут устроить один хриплый ворон и один злобный призрак…

Но Вермиль таки добился своего – народ вывалился из лавки. Дверь снова звякнула колокольчиком, но уже жалобно. А ворон деловито прихватил печеньку и снова устроился на балке под потолком.

– Да что же это такое… – румяный толстячок в порыве чувств стянул с головы колпак, обнажая вопреки ожиданиям не лысину, а буйные золотистые кудряшки. И так трогательно шмыгнул носом, словно мелкий сорванец, который продырявил башмак и теперь боится, что получит по ушам от родителей.

Вот почему творил Вермиль, а стыдно за это мне?..

Нет, правда, почему этот бедный милый пекарь должен страдать из-за своего злостного брата?

Но в любом случае я не стала сидеть на месте, принялась собирать рассыпавшиеся с блюда леденцы. А брат злобного мага, спохватившись, кинулся к пыхтящей печи и уже даже схватил цветастую прихватку…

И ладно бы просто рухнул, так еще и свернулся калачиком и довольно захрапел!

– Простите, вы в порядке? – оторопело смотрела на спящего пекаря я.

– Хо-ба-на… – рядом материализовался Вермиль, досадливо почесывая макушку. – Как-то я этого не предусмотрел…

– Чего не предусмотрели? – я понимала все меньше и меньше.

– Что все так сработает… Что твой дар активируется столь мгновенно… И что эффект проявится так… Очевидно, теперь, когда ты мое проклятье уничтожила, Фиташ будет… Будет отсыпаться разом все бессонные годы…

Все так же надсадно пыхтела печка, со стороны которой уже несло горелым.

На балке чего-то покряхтывал ворон.

Вермиль чесал уже не макушку, а свою щетину на подбородке.

А на полу сладко-сладко на многие годы уснул несчастный пекарь.

Прямо сказка «Спящий красавец», иномирский вариант…

Хотя какая сказка? Это уже какой-то триллер!

– Мне-то что теперь делать?! Не бросать же этого беднягу здесь!

– А что ты предлагаешь? – Вермиль фыркнул. – Потащишь Фиташа с собой? – и пропищал, картинно хлопая глазами, – Риан, любименький, познакомься, это дохлый пекарь, он теперь будет жить с нами.

– Я вас ненавижу, – в сердцах не сдержалась я.

Нет, серьезно, что делать-то?!

Так, ладно, если Фиташ уснул на годы, то вот содержимое печи точно столько времени ждать не будет. Первым делом я все же ринулась к входной двери и заперла ее прямо перед носом одной весьма недовольной дамы. А уже после приступила к спасению выпечки.

Схватив прихватку, я открыла заслонку. Сразу обдало жаром, да и противень с не в меру румяными булочками оказался весьма громоздким – только чудом его не уронила. Но все равно не обошлось без жертв.