Хозяйка замка Эдвенч

В центре сочнее и ярче, цвет светлел к чуть «рваным» краям лепестка. Это делало их почти живыми.

Все это время за стол садились мы втроем: капитан Арс, вдовствующая баронесса и я. Она была чуть холодна, но весьма сдержанна и только изредка интересовалась, как идет работа над кружевом. Особенно утешало меня то, что она совершенно не интересовалась переменами в замке и не лезла в мои распоряжения. Баронесса стала чаще выезжать в гости, но всегда уточняла, свободна ли карета. Я радовалась перемирию, надеясь, что с возвращением барона проблема рассосется навсегда.

Дни пробегали с такой скоростью, что я не успевала их считать. С утра возилась с бумагами и счетами, днем лепила барельефы, вечером плела кружево. Челнок для фриволите был непривычно велик, я-то дома работала маленьким и удобным пластиковым. Но мастер отшлифовал дерево на совесть, так что вскоре я перестала замечать разницу.

Больше всего я провозилась с комнатой барона. С одной стороны он владелец земель и человек с высоким социальным статусом. С другой, затянуть стены парчой или шелком – слишком женский вариант. Да и таких денег у меня не было. Хотелось сделать именно мужскую спальню, но не темную и не холодную.

Кроме того, я никак не могла решить: нужно ли покупать ткань на балдахин. Они, конечно, защищают от сквозняков, но и пыли собирают на себя кучу.

Под шумок я отремонтировала туалет для прислуги. Комнату очистили от старой штукатурки, грязи и плесени. В новую штукатурку и побелку я приказала сыпануть медного купороса. И еще там после ремонта наконец-то появилась разделяющая стенка, второй вход и умывальники с раковиной. Теперь туалеты делились на знаменитые «мэ» и «жо».

Требование мыть руки после «процедуры» выслушали молча, и оно явно не всем понравилось. Но тут меня крепко поддержала Марта, так что за женщин я была относительно спокойна.

С мужчинами было сложнее. Проверять я их не могла, но горничная, в чьи обязанности входила теперь ежедневная уборка этих комнат говорила, что полотенце в мужской комнате остается сухим и чистым несколько дней подряд.

Мысль о том, что лакеи после туалета, этими же руками, раскладывают еду на столе, вызывала отвращение. Именно поэтому в тот день, когда мы первый раз сели обедать в столовой, лакеи были в белых перчатках.

По договоренности с Мартой храниться перчатки будут у нее. Она же вовремя станет отдавать их в стирку и следить, чтобы мужики мыли руки, прежде чем надевать. Я пообещала себе сделать для ее племянницы все, что смогу.

В столовую баронесса вошла с очень недовольным видом, но оглядев комнату, смягчилась. Здесь было не только тепло и уютно, но и достаточно роскошно, даже по ее меркам.

Отполированное с воском дерево пола янтарно светилось.