Заложница

Костян поморщился, посмотрел на пакеты и, сцапав их все разом, убрал в дальний угол.

Через минут десять, когда я перемешивала для равномерной обжарки содержимое противня, на кухню заглянул Глеб. По понятной причине я вздрогнула, и жир с лопатки отлетел мне на футболку и не куда-нибудь, а на самое видное место – на грудь.

– Долго еще? – пробасил гад.

– Минут тридцать, – ответила я.

Глеб с сожалением тяжело вздохнул и ушел.

После двух посетителей я резонно поглядывала на дверь в ожидании третьего. Но Аблов не появился, хотя я из-за него к каждому шороху прислушивалась, на абсолютно любой скрип реагировала, постоянно в окно выглядывала, проверяла на месте ли его авто. От метаний под конец даже голова закружилась. Получается, хоть и дистанционно, но нервы мне Аблов вновь хорошо потрепал. Упырь.

Вынимая из духовки румяное мяско с картошкой, я сама слюной изошла, а еще у меня в салатнике огурчики, помидоры и болгарский перец крупно нарезаны, посыпаны свежей зеленью и облиты оливковым маслом. Ням-ням!

Дабы не садиться за стол с некрасивым масляным пятном на футболке, отправилась наверх в спальню переодеться; когда вернусь, как раз все немного остынет, тогда и позову всех ужинать.

В комнате я провозилась гораздо дольше намеченного. А все потому, что надоело мне, как оборванке, в одной мужской футболке по дому щеголять. Отрыла у Аблова тонкий бежевый свитер, подобрала к нему пояс. Получилось очень даже стильное мешковатого вида платье. Хорошо прочесала волосы, собрала их наверх в гульку. Теперь впервые за долгое время выгляжу как человек.

В отличие от одежды, дела с обувью обстояли сложнее, вернее, вообще никак, потому что ее попросту не было. Альтернативный вариант – мужские носки сорок четвертого размера. Как я их только не натягивала – и как гольфы, и подворачивала, и сразу несколько пар надевала, думала, за угги сойдут. Полная фигня. Носки как были носками, так и остались. Весь образ мне испоганили.

На выходе из спальни я глянула на часы и глазам не поверила. Оказывается, пока я возилась в гардеробной, стрелка успела полчаса отсчитать, а мне казалось, что от силы прошло минут пять, максимум десять.

Похоже, с пылу, с жару уже поесть не получится, но надежда умирает последней, поэтому до кухни я неслась во весь опор. Лишь на секундочку остановилась, пробегая мимо гостиной и, мазнув взглядом по квартету мужских особей, невольно улыбнулась. Трое мужчин и одна маленькая собачонка выглядели уставшими, но при этом довольными. Глеб с Костяном не сидели на диване, а практически лежали на нем, при этом смотрели почему-то даже не на телевизор, а на точку в стене. Тимошка развалился на коленях хозяина и, высунув розовый язычок, тяжело дышал. Сам Аблов чесал щенка за ушком, но уж очень неактивно, как-то лениво.