Заложница

Сестра Аблова была, несомненно, весьма привлекательной девушкой. Ее внешнюю гармонию нарушали лишь, на мой взгляд, чрезвычайно высокий рост, однозначно выше метра восьмидесяти, и слегка грубоватые черты лица. Зато ее брата те же физические параметры делали неотразимым.

– Добрый день, – поздоровалась я и на всякий случай, вдруг брат не называл сестре моего имени, представилась: – Линина Валерия Ивановна, для удобства общения можно просто Валерия, или Лера.

– Добрый день, приятно познакомиться, Лера, меня тоже можно называть просто по имени – Надеждой.

– Надеюсь, ни у кого не возникнет желания называть меня Витей, – буркнул Аблов.

– Не беспокойтесь, Виктор Романович, – обращаясь к брату, лукаво и весело пропела Надежда, – по Валерии сразу видно – она профессионал и не станет к вам обращаться фамильярно, – сестра Аблова оглядела меня с ног до головы, и, как мне показалось, подчеркнуто уделила особое внимание груди. – И теперь, когда я познакомилась с Лерой и увидела ее воочию, мне стали более понятны мотивы, которыми вы руководствовались, принимая решение лично нанести визит в фирму не столь крупную, и какие именно перспективы вас привлекли, – смешливо произнесла Надежда, разве что только не толкнула брата в бок.

Я очень рассчитывала, что вскипевшая злость не отразилась у меня на лице и не превратила улыбку в оскал. Это надо же было додуматься и непрозрачно намекнуть, что я Аблова впечатлила не деловой хваткой, а внешностью. Так глубоко мои профессиональные достоинства еще никто и никогда не уязвлял.

Спокойно, Лера, спокойно, не наговори этой богатенькой выскочке лишнего, но и смиренно сглатывать обиду тоже не стоит, а то потом уважения не дождешься.

– Огромное спасибо за столь лестную оценку, – протянула я тоном лисы, которая умасливает колобка. – И я, как только на вас посмотрела, подумала то же самое, что и вы обо мне, – настоящий профессионал своего дела. И, конечно же, сразу чувствуется, что ваша высокая должность и близкое родство с владельцем фирмы, в которой вы работаете, – факты, между собой никак не связанные.

Пока я невинно хлопала ресничками, Надежда медленно превращалась в позеленевшую от злости кикимору. Вот так, нечего бросать в чужой огород камни, а уж если бросил, будь готов, что человек не поленится, поднимет камень и швырнет его обратно, в тебя.

Признаюсь, опасалась, что Виктор вступится за сестру. Что-то подсказывало, если так произойдет, то словесную перепалку с Абловым я обязательно проиграю, причем позорно всухую.

Но Виктор молчал, а вспыхнувшие смешливые огоньки в его глазах говорили о том, что он совсем не против, чтобы кто-то в кои-то веки поставил его сестрицу на место.