Заложница авторитета

Ни звука не издал, вообще ничего! И еще, ледяной он, в холоде, суки, держали его.

Прикрываю рот рукой. Хреново что-то мне.

Света быстро расстегивает мою куртку на Тимофее и укрывает его одеялом. Проверяет пульс, меряет давление, делает еще какие-то манипуляции. Я не могу спокойно стоять и смотреть на это. Затаскиваю Тихого в дом тоже, в другую комнату его отношу. На кровать укладываю. Выглядит он совсем херово.

– Господин Власов, подойдите!

Света зовёт. Она сидит напротив Тимки на диване.

– Как он? Говори!

– Мальчик просто спит. Перемерз сильно, отогреть надо. Думаю, проснется через пару часов. Все нормально будет с ним. Я одела его в вашу футболку, и укрыла двумя одеялами. Физически он почти не пострадал, однако не знаю, насколько сильно испугался всего того, что с ним произошло."

"Устало тру глаза. То, что малой физически не тронули, это уже хорошо, но как же сильно я хочу, чтобы он вообще не запомнил этого кошмара.

– Спасибо Свет, ты золото. Иди посмотри на Тихого. Он последний, кто Алю видел.

– Да, показывайте где он.

Света проходит в комнату, и быстро осматривает Тихого. Он мертвенно бледный. Его кровь уже просочилась на половину кровати.

Док разрезает его куртку и свитер, добирается до раны.

– Плечо задето, пуля навылет прошла. Но ничего смертельного, крови больше чем раны. Сейчас заштопаю. Дайте мне время.

Намек понимаю с полуслова и оставляю ее одну. Не любит она свидетелей, сама разберется.

Выхожу на улицу и выкуриваю несколько сигарет подряд, пытаясь собраться с мыслями. Черт, Адя, где же ты? Аж трясет всего, когда понимаю, что обидеть ее могут, а я меня рядом нет. И я даже не представляю, где ее могут держать. Кто за всем этим стоит, кто мать его, жизнью своей настолько не дорожит, что дорогу мне все время переходит!

Звоню своим парням. Хоть одна хорошая новость. Накрыли они лабораторию. Сорок шесть детей оттуда вынесли живыми. Еще неизвестно, сколько уже никогда не заговорят, а сколько и вдохнуть больше не смогут.

Навожу справки по любым подозрительным машинам в моем районе, но Аля как в воду канула в моем же лесу. Черт, какого хрена я тут камер не наставил?

Набираю знакомого начальника службы безопасности и ставлю по периметру целую роту охраны, вооруженной до зубов. Она не будет спать. Нельзя больше допустить промаха, права на ошибку больше нет.

На входе в дом слышу тонкий голосок. Зовет кого-то. Малой проснулся. Черт. Иду к нему. Один он там.

Вхожу в комнату. Тимофей соскочил с дивана в одной только моей футболке, которая ему до пят достает. Его лицо обеспокоенное, взгляд испуган. Он не знает куда идти, а я не знаю как вести себя с ним. Никогда с детьми не возился, а тут на тебе.

– Аля! Аля!

– Тихо Тимон, все нормально.

Сажусь перед ним на корточки, чтобы он наравне мог видеть меня.