Закрытая зона (СИ)

Обе слушали тишину и стук собственных сердец.

Мама не продолжила говорить. Значит, еще не пришло время. У Алены в голове вспыхивал один вопрос за другим. Как же она хотела знать, что случилось в прошлом, почему сейчас оно вернулось. А оно вернулось, это не вызывало сомнений! И к чему приведет по итогу, никто не знал

Осторожно рассоединив объятия, Алена заглянула в лицо матери.

Грустное, как ни пыталась скрыть.

-Что у вас с Харитоном Валерьевичем?

- У нас с ним война...

Такая интересная и многогранная фраза, несущая в себе диаметральные эмоции

Отчего-то вспомнились слова про охрану, когда мама лежала в больнице. И еще поездка Гора..

Ага, война. И поэтому у мамы засос на шее. Эх. Ничегошеньки она больше не понимает. Ни в своей жизни, а уж в чужой тем более. Мама перестала плакать. Даже улыбалась.

-Мам, а я, кажется, влюбилась. — Слова сорвались с губ Алены непроизвольно. Ну не могла она молчать. Признание рвались наружу. День такой, понимаете?

— Ох, - выдохнула мама и снова улыбнулась. — Я даже спрашивать не буду в кого. И так видно

-Что, прямо совсем видно?

-Угу.

-Надеюсь, только тебе

-Зря надеешься.

-Maм!

-Что?

-Ты надо мной прикалываешь? Да? Признайся, что прикалываешься!

Не будь мама после больницы, она бы завалила ее на кровать. Защекотала, засмеяла. Так не раз у них бывало. Когда выплескивались эмоции, тревоги, когда отпускало,

Хотя кровати тут не было. Зато имелся кожаный диван.

-Мам, меня Гордей в горы зовет. На выходные

Галина Дмитриевна приподняла кверху брови.

— Я пока не определилась — ты спрашиваешь моего разрешения или ставишь перед фактом?

-Maм!

Алена почти искренне возмутилась

Почти..

-Чтo?

Первой не выдержала Галина Дмитриевна. Засмеялась и притянула дочь к себе

— Будь осторожна. Хорошо?

-Хорошо.

ГЛАВА22

-Вертолет?

Отчего-то у Алены свело горло. И какое-то глухое карканье получилось, а не вопрос.

Гордей продолжил вести ее к этому непонятному и пугающему зверю с черными лопастями. Как получилось, что Табасов с утра захватил ее руку в плен и не выпускал ни под каким предлогом? А если выпускал, то при первой же возможности снова заграбастывал?

-Он самый

-И мы на нем полетим?

-Совершенно верно.

- Аесли я скажу, что мне страшно?

Она едва не ляпнула про мокрые трусики, но вовремя исправилась. В свете последних событий упоминание мокрых трусиков явно истолкутся в искаженном подтексте.

Хотя, может, не таким уж он искаженным и будет

Гордей рядом, и с ней что-то начинало происходить. Они едут в горы. Вдвоем. С благословения мамы.

Ой. Вот «ой», и всетут.

— Я буду держать тебя за руку. — Гордей подмигнул Алене

-Ты и так держишь- контроль.

Она попыталась вернуть себе ладонь.