Законный брак

В любом отряде принимать решения должен кто-то один, иначе начнется анархия и все пойдет прахом.

– Не устала? – тихо спросил Кейн, когда я проезжала мимо него, и мне стало жарко от того, как он на меня посмотрел.

– Нет, – мотнула головой, всем телом ощущая взгляд мужа, и направилась вперед.

Сердце стучало быстро – гораздо быстрее положенного. И дыхание сбилось. А перед глазами снова возникли картинки нашей недавней близости, и щеки залило жаром.

– Перестань, Кэри, – еле слышно сказал муж, пуская своего коня следом.

– О чем вы, дорогой?

– Ты слишком громко думаешь, – голос Кейна звучал хрипло. – А я не железный.

В груди стало тесно. А на губах, помимо воли, расцвела улыбка.

– Тренируйте выдержку, дорогой, – обернувшись, посмотрела в потемневшие глаза и провокационно усмехнулась. Ну да, мне нравилось проверять свою власть над этим сильным и опасным мужчиной!

– Боюсь, еще одно слово, и выдержку придется тренировать вам, дорогая, – в тон мне ответил Кейн и взглянул так, что я разом почувствовала, как внутри все опалило жаром, а седло стало удивительно неудобным. Что ж, еще неизвестно, кто в этом противостоянии окажется сильнее.

Джеймс насмешливо улыбнулся и приподнял широкополую шляпу. Похоже, наш беркос все еще продолжался…

***Хвойный лес быстро закончился, ему на смену снова пришел смешанный. Птицы, разбуженные хмурым рассветом, негромко щебетали, перелетая с ветки на ветку, под копытами лошадей тихо шуршала листва, тропа то поднималась вверх, то спускалась вниз, а река Интари говорливо шумела по камням и без устали несла свои воды к Искайскому заливу.

К обеду мы выехали к Престону, немного отдохнули и двинулись дальше, намереваясь к вечеру добраться до Аванарубу – небольшого поселка акаучи, расположенного недалеко от границы.

Пока дорога шла через заселенные эшерцами земли, наше путешествие было больше похоже на легкую прогулку. Правда, когда мы снова въехали в лес, более густой и темный, чем в окрестностях Уэстена, в душе тонко зазвенела тревога. Мне даже показалось, что за деревьями скрываются какие-то бестелесные тени, да и мужчины выглядели настороженными. Торнтон, вроде как между делом, постоянно поправлял мушкет, Джеймс незаметно оглядывался по сторонам тем самым взглядом, из-за которого я и прозвала его флибустьером, а Авиро несколько раз останавливался и прислушивался, а потом снова погонял своего коня, бормоча что-то себе под нос.

Мы ехали уже несколько часов, и вскоре в лесу заметно потемнело.

– Нужно поторопиться, – негромко сказал Кейн. – Надо успеть до темноты добраться в поселок. Авиро, сахна кай? – обратился он к проводнику.

– Варни басо, – отозвался тот. – Эстуро двани аих ватон.

– Что он говорит? – спросила я.