Законник Российской Империи. Том 2

Тебе ведь не хочется, чтобы Виктор начал делать то, что он умеет лучше всего, верно?

Виктор, как по команде, слегка наклонился вперёд. Его молчаливое присутствие всегда действовало на людей куда сильнее, чем любые угрозы. Он не делал лишних движений, не тратил слова впустую. Просто сидел, смотрел и ждал. И это было в тысячу раз страшнее, чем если бы он размахивал ножом перед лицом пленника.

Мне такому точно не научиться.

— Я не скажу вам ничего! — упрямо продолжал Смирнов, пытаясь держаться до последнего. Его голос дрожал, и в этой дрожи слышалась явная слабость.

Я посмотрел на Виктора, как бы говоря: «Ну что, твой выход».

Виктор, не сказав ни слова, протянул руку к пальцам нашего пленника. Смирнов дёрнулся, но было поздно. Сухой хруст, и палец был сломан. Мужчина вскрикнул, его лицо исказилось от боли, но он всё ещё пытался не кричать. Это было глупо. Он мог бы просто всё рассказать и избавить себя от этой муки.

— Виктор, — укоризненно сказал я, глядя на своего напарника.

— Что? — пожал плечами Виктор, даже не меняя выражения лица. — В отчёте укажу, что сам упал при задержании. Знаешь, как это бывает. Скользкие поверхности, неудачные падения… Парочку, а лучше десять раз, чтобы наверняка.

Я только вздохнул. Было очевидно, что Смирнов долго не протянет. Вопрос был лишь в том, сколько пальцев Виктор решит оставить целыми. Я не любил такие методы, но иногда они были необходимы. И как бы я ни старался действовать более… дипломатично, Смирнов не оставил нам другого выбора.

— Слушай, — сказал я, наклоняясь ближе к Смирнову, — ты уже понимаешь, что всё это закончится, как только ты начнёшь говорить, верно? Тебе не надо быть героем. У нас нет на это времени. Виктор — человек терпеливый, но ты ведь не хочешь, чтобы он сломал тебе ещё что-нибудь, правда?

— Или поступил так же, как с твоими охранниками-головорезами.

Я вопросительно посмотрел на мужчину, но тот лишь пожал плечами, мол, не знаю, о чем ты."

"Смирнов же тяжело дышал, его лицо покрылось испариной. Я видел, как страх наполняет его глаза, как он начинает осознавать, что дальше будет только хуже. Он замолчал на мгновение, словно взвешивал свои шансы, но в итоге понял, что их просто нет.

— Хорошо… — выдохнул он, его голос был почти сломлен. — Хорошо. Я скажу…

Допрос занял ещё некоторое время, но после первого сломанного пальца всё пошло куда быстрее. Смирнов наконец начал выкладывать то, что нам было нужно. Он рассказал о маршрутах, о контрабанде, о том, как Акимов организует свои операции. Вся информация, которая могла бы нам пригодиться, полилась из него, как из прорванной плотины. Используя приказ « Правда» я прекрасно видел, когда Петр что-то недоговаривал, но наводящие вопросы быстро возвращали его в нужное русло.