Законник Российской Империи

Его руки светились мягким золотистым светом, когда он водил ими над поврежденной рукой Левински.

— Круг Первый: Регенерация тканей, — произнес он, и я увидел, как опухоль на руке Ярослава начала спадать.

Мой взгляд невольно задержался на действиях целителей. Я прекрасно знал, что в основе их магии лежит истинное слово «Жизнь». Это знание пришло ко мне из той самой книги, оставленной матерью. Но, как ни странно, несмотря на все мои усилия, мое понимание этого слова оставалось на удивительно низком уровне. Максимум, чего я мог добиться — это ускорить заживление небольшого пореза.

Эта мысль вызвала у меня легкое раздражение.

Ярослав, похоже, заметил мою задумчивость.

— Впечатляет, правда? — произнес он, кивая в сторону целителей. — Знаешь, истинное слово «Жизнь» — одно из самых сложных для понимания.

Я повернулся к нему, скрывая свое удивление за маской легкого интереса.

— Вот как? И почему же?

Левински усмехнулся, явно довольный возможностью продемонстрировать свои знания.

— Видишь ли, «Жизнь» — это не просто слово. Это целая концепция, включающая в себя бесконечное множество процессов и явлений. Понять его — значит постичь саму суть существования, от мельчайшей клетки до сложнейших организмов. Это как пытаться охватить взглядом весь океан, стоя на берегу.

Я кивнул, признавая справедливость его слов. Действительно, жизнь во всех ее проявлениях настолько многогранна и сложна, что уместить все это понимание в одном слове казалось почти невозможным.

— Большинству магов это слово не дается, — продолжил Ярослав, слегка морщась, когда целитель коснулся особенно чувствительного места. — Мне, например, оно тоже не поддается. Но зато, — тут его глаза заблестели, — я обладаю пониманием слова «Смерть».

Эти слова заставили меня насторожиться. Внезапно картина нашего поединка на арене предстала передо мной в новом свете.

— То заклинание на арене… — начал я, но Ярослав уже кивал, подтверждая мою догадку.

— Именно. «Пожиратель душ» основан на истинном слове «Смерть». Впечатляюще, не правда ли?

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Использовать такую силу в тренировочном бою казалось мне верхом безрассудства.

— Это, действительно, мощная сила, — произнес я осторожно. — Но, честно говоря, я бы никогда не рискнул использовать ее в тренировочном поединке. Слишком опасно.

Левински махнул рукой, словно отметая мои опасения.

— Брось, у меня все было под контролем. Я знаю, что делаю.

Я решил не развивать эту тему дальше. Вместо этого я решил перевести разговор в другое русло.

— Кстати, Ярослав, ты ведь уже работаешь в бюро. На какой должности?

Левински выпрямился, явно гордясь своим положением.

— Я младший следователь в первом отделе, который занимается магическими преступлениями, — ответил он.