Законная семья прокурора Драконыча

Тогда, когда я скажу, ясно тебе?!

– Ясно, – проскрежетала я, едва сдерживая злость, всё же выдержка у меня не железная. Сложно терпеть, когда с тобой так грубо разговаривают.

Мы условились, что встретимся в нотариальной конторе, и я подъехала к назначенному времени, нервно прижимая к себе сумочку. Тетка сидела в коридоре и ждала меня. Больше народа здесь не было.

Я присела на диван и посмотрела на закрытую дверь кабинета. Видимо, нас позовут.

Тетя сидела напротив, насупив брови и недовольно поджав губы. Всем видом показывала, что она мной разочарована. Но разве это было для меня секретом? Нет. Она давно убила все мои надежды стать полноценной семьей. Родней не только по крови.

– Из-за тебя пришлось человека подвести и новый прием назначить, – заворчала она, кажется, испытывая удовольствие от собственных слов. – Нет чтобы вчера, как все нормальные люди, прийти в условленное время. Ты хоть знаешь, сколько у нотариуса стоит час работы?

Ее возмущение никак не прекращалось, у меня уже зубы сводило выслушивать ее недовольство, но я изо всех сил терпела, уговаривала себя, что всё это ненадолго.

– Почему нужно было идти именно к этому нотариусу? Разве мало других?

Этот вопрос не давал мне покоя, я подозревала, что нотариус у нее купленный, но сестра отца всегда была излишне словоохотлива и говорила больше, чем следует.

– Других много, а такой, как он, один на миллион, – прошипела, заставив меня застыть в недоумении. – В общем, не твоего ума дело! Твоя задача – подписать документы и исчезнуть, поняла?!

– Как же не понять, когда ты только и делаешь, что гнобишь меня и портишь мне жизнь!"

"Слова вырвались неосознанно и были произнесены с оттенком горечи, ее поведение, несмотря на то, что я смирилась с подобным отношением, всё равно причиняло мне беспокойство. Как застарелая рана, которая ныла при плохой погоде.

– Я? Я?! – практически заверещала, еле сдерживая гнев.

Еще секунда, и она, казалось, была готова вцепиться мне пальцами в волосы, но продолжала сидеть напротив, не двигаясь с места.

– Ты ведь знала, что твой муж засматривается на меня, но всё равно оставляла меня с ним, запрещала выходить из дома вне учебы, – всхлипнула, вспоминая обо всем с обидой.

– Не хотела, чтобы ты позорила меня, стала такой же гулящей, как твоя мать! – практически выплюнула, всегда ее ненавидела. – И оказалась права. Ты даже дома умудрилась соблазнить моего мужа! И не ври, что это всё его вина! Он мне всё рассказал в тот же день!

Застыла, видя, как она осеклась, глаза ее остекленели, а затем забегали вдоль коридорных стен.

– Ты же сказала, что он был в коме? Я ведь ему голову размозжила статуэткой, – просипела, хватаясь за горло и будто возвращаясь в прошлое, от которого бежала как от огня.