Законная семья прокурора Драконыча

Потерялся во времени и пространстве, забыв, кто я и где, будто и не было прошлого Егора Драконова.

Поначалу девчонка сопротивлялась, била кулачками меня по плечам, но постепенно ее рьяное сопротивление сошло на нет, и она обмякла, отдаваясь во власть моих губ и рук, по-хозяйски гулявших по ее телу, которое было открыто для меня во всей своей красе.

– А сьто это ви делаете? – голос Кати прозвучал сонно и отрезвляюще.

Алёна всполошилась и уперлась руками мне в грудь, и я с неудовольствием оторвался от ее сладких губ. Воистину, Сладкова, прежняя фамилия ей очень даже шла. Самец внутри меня недовольно зарычал, дескать, новая ей даже лучше идет, и я с ним согласился.

Окончательно и бесповоротно постановил, что решение я принял верное. Никакого договора больше между нами, Алёна Пална, ты моя жена, а Катя – дочка. И точка!

Глава 20

Алёна

– Оденься поприличнее, Алёна Пална, и ребенка собери, отвезем ее к бабушке с дедушкой, – заявил с раннего утра за завтраком Драконов.

Я чуть ложку из рук не выронила, опешив от его решительного тона. Что он такое задумал?

– Это зачем? Для чего? – недоумевала я, засыпав его вопросами. Сперва показалось, что он выяснил обо мне правду и хочет без лишних глаз разобраться со мной или даже отвести в полицейский участок. Но что-то подсказывало, что дело не в этом. Возможно, особый блеск в глазах мужа, который не вязался с угрозой расправы.

Он по-другому смотрел – как мужчина смотрит на женщину, которую хочет себе присвоить.

– Много вопросов, Алён, просто сделай, как велено, – осек он меня грубовато, но, увидев, что нужной реакции не добился, добавил: – Вот так и захочешь свою женщину на свидание свозить…

– Я не твоя женщина, Егор, – захорохорилась я, мгновенно выпрямляясь и слушая в ушах стук вмиг разогнавшегося до большой скорости сердца. Когда он заявлял на меня права, оно не могло оставаться равнодушным, да и губы всё еще помнили вкус наших поцелуев, моментально будто стали зудеть, так и хотелось к ним прикоснуться.

– Так это пора исправить, – сказал он таким жарким тоном, что по мне прокатилась горячая волна, а щеки заалели румянцем.

Ничего себе заявления, Егор Романович! И я бы даже начала с ним спорить, но не в присутствии же ребенка выяснять такие вещи.

– Катюш, ты поела? – наклонилась я к дочке, которая уже почти доела свой завтрак и теперь безучастно сидела и смотрела мультик на телефоне.

Но оказалось, что Катя всё слышала. Она кивнула в ответ на мой вопрос и посмотрела на Егора.

– Хотю к бабуське, там сталый пень.

Егор удивленно поднял брови и, видимо, некоторое время потратил на то, чтобы перевести Катин лепет на нормальный взрослый язык.

– Да, кнопка, – подвинулся он к ней и шустрым движением перетянул ее к себе на колени, – есть там и пень, и еще много чего.