Именем закона. Сборник № 3

— Вы поняли, Мейснер, зачем я пришел?

— Нет, господин комиссар, — портье говорил спокойно, без тени тревоги.

— Жаль, а я думал, мы найдем общий язык.

Крюгер зашел за стойку конторы.

— Сюда нельзя, господин комиссар.

— А ты вызови полицию, сынок. — Крюгер втолкнул портье в маленькую комнату. — Ну? — спросил он, плотно закрывая дверь. — Что ты скажешь мне о русском из тридцать седьмого номера?

— А что я должен говорить?

Крюгер схватил Мейснера за отвороты куртки, рванул на себя. Тонкое сукно угрожающе затрещало.

— Значит, тебе нечего сказать мне?

— Тогда я отвезу тебя в полицайпрезидиум, там у нас разговаривают все.

Крюгер оттолкнул Мейснера, и тот с шумом грохнулся на стул.

— Сколько людей к нему приходило?

— Этого достаточно. Опиши их мне.

Штиммель любил поесть. Причем предпочитал китайскую кухню. Раз в неделю он устраивал себе праздник и приезжал в китайский ресторан рядом с Пратером.

Он взял два блюда из утки, пельмени, четыре блюда из креветок и, конечно, китайское пиво.

Китаец-официант принес длинную бутылку с красными иероглифами, откупорил, налил в фарфоровую кружку.

Штиммель начал пить, зажмурившись от удовольствия.

Когда он открыл глаза, то с удивлением увидел, что напротив сидит крепкий мужчина в шелковом пиджаке под твид.

— Приятного аппетита, господин Штиммель, — усмехнулся незнакомец.

Человек полез в карман и достал полицейский значок.

— Я очень сожалею, господин Штиммель, но вынужден прервать ваш обед. Я старший инспектор криминальной полиции Крюгер.

— Вы совладелец смешанной фирмы «Антик»?

— Не совсем, не совсем, — Штиммель схватил салфетку, положил ее, потом подвинул тарелку.

— Вы не нервничайте, а отвечайте мне.

— Это допрос? Тогда я приглашу адвоката.

— Пока только беседа. Пока, — Крюгер сделал акцент на последнем слове.

— Я не совладелец, а представитель фирмы в Вене.

— Прекрасно. Господина Третьякова пригласили вы?

— Да. У нас много общих дел.

— Сам удивляюсь, господин Крюгер. Я уезжал в Зальцбург на три дня. Приехал и не могу дозвониться до него.

— И вас это не удивляет?

— Господин инспектор, — Штиммель засмеялся, — Сергей Третьяков молодой человек. Он впервые вырвался из-за железного занавеса, а в нашем городе столько соблазнов.

— Логично. А вы знали убитого в Москве господина Мауэра?

— Конечно. Он был моим другом. Это потеря для нашего дела. Огромная потеря.

— А как вы думаете, кто его мог убить?

— Господин Крюгер, — Штиммель всплеснул руками, — откуда же мне знать? Вы читаете газеты?

— Там много пишут о русской преступности. Москва сейчас — это Чикаго двадцатых годов.

— А вас не интересует, господин Штиммель, почему я спрашиваю о Третьякове?

— Конечно. Конечно. Неужели он попал в полицию?

— Нет. Он попал в госпиталь. На него напали.