Закон Выброса

Боюсь, через несколько минут нам придется иметь дело уже не с человеком, а с мутантом.

Боец это услышал, повернул голову в сторону ученого, внимательно посмотрел на него и сказал:

– Спасибо за диагноз, док. Не беспокойтесь, у меня нет планов превращаться в монстра.

После чего очень быстро выхватил пистолет Стечкина из кобуры, улыбнулся, приставил ствол к подбородку и нажал на спусковой крючок. Простучала короткая очередь…

Видимо, патроны в пистолете у военного были с пулями, слегка подработанными ножовочным полотном, – а может, просто они, отрикошетив от дна каски, разделились на несколько частей, которые полетели по непредсказуемым траекториям. Так или иначе, последствия очереди оказались жутковатыми с виду – лицо парня лопнуло изнутри как арбуз, в который засунули петарду. Кровь, фрагменты мозгов, осколки костей, брызги от лопнувших глаз – все это полетело в разные стороны. И тем, кто стоял ближе всех к раненому, больше всех и досталось.

– Да твою ж душу, – сплюнул Геращенко, которому тоже прилетели в шею и в лоб теплые и влажные шматки кровавой субстанции. – Приказываю, мать вашу, сукины дети: кто еще стреляться надумает – отошли в сторонку и развлекайтесь сколько хотите без ущерба для остальных. А то я смотрю, Данилюк вон блевать намылился, сухпай переводить на отрыжку. Приказ ясен?

– Так точно! – синхронно рявкнули спецназовцы.

– Ну, если так точно, то разойтись нах, и выдвигаемся к озеру.

…Выдвинулись оперативно, и, без особых проблем преодолев по бездорожью три километра, вышли к огромной низине, на дне которой раскинулось большое заболоченное озеро. А на берегу того озера притулилось сооружение, похожее на долговременную огневую точку. Вокруг «ДОТа» валялись габаритные бетонные фрагменты, оставшиеся после бомбежки от научного комплекса и уже успевшие изрядно зарасти мхом нездорового фиолетового оттенка.

Геращенко поднял бинокль и с четверть часа внимательно изучал местность вокруг объекта.

Обгорелые, а местами и расплавленные останки бронетехники, которая приехала сюда ранее с той же целью, с какой прибыл в эти места полковник, – да тут и остались навеки.

Вертолет на том берегу озера Куписта с еле различимым скелетом пилота в смятой кабине.

Воронки от усиленного бомбометания, успевшие заполниться водой с радужными разводами на поверхности.

Много костей вокруг «бункера», обглоданных дочиста мутантами, которых наверняка прорва водилась в гнилом озере, вонь от которого доносилась даже сюда.

Геращенко опустил бинокль, слегка повернул голову и движением глаз подозвал радиста.

– Докладывай на базу, – приказал полковник. – На точку прибыли, приступаем к оперативным действиям по объекту. Пусть засылают вертушки с «сигарами» и грузом «консервных банок».