Закон свободы

И, думаю, то, что бункер расположился рядом с тем полудохлым озером, не случайно. Надо же тем, кто под куполом обосновался, куда‑то сбрасывать отходы производства и жизнедеятельности. Вот они их в болото и сгружают, где это дерьмо быстро сжирают мутировавшие рыбы, раки и прочая нечисть. Симбиоз одним словом. Так вот, сдается мне, что рядом с этим куполом должно находиться подобное озеро. Так‑так… Вот!

Я ткнул пальцем в крошечный овал на карте Зоны.

– Озеро Ковтеб. Находится менее чем в полукилометре от нас. Пошли.

– Блин, Снайпер, а может ну его на фиг, а? – умоляюще взглянула на меня Касси, садясь круглым задом на поваленное дерево. – Ну хочешь, я тебе прям тут дам. Так, что ты на всю жизнь запомнишь. Все, что хочешь сделаю. А потом ты отдашь мне автомат, и мы просто разбежимся. Честное слово, я из Зоны уйду, начну нормальную жизнь…

– Ты сама себе‑то веришь сейчас, сталкер? – усмехнулся я. – Нормальную жизнь она начнет, как же. Мы тут все больны Зоной, и никогда она нас от себя не отпустит. Ну, а насчет твоих даваний – давай‑ка мы обойдемся без этого, не скрою, весьма приятного мероприятия. А то у меня каждый раз после него какие‑то фатальные неприятности случаются. Так что поднимай свою нижнюю чакру, и потопали на север, к озеру.

Грустно опустив плечи, девушка поднялась и безмолвно двинулась туда, куда я сказал. Что‑то жалко мне ее даже стало, но усилием воли я подавил в себе коварное желание понять и пожалеть. Давно известно: чем красивее девчонка, тем ей проще нашего брата пробить на жалость. А там и до чувства недалеко… Чувства, что из тебя вьют веревки и выкручивают туда, куда нужно несчастной и обездоленной. Так что извини, «всадница», не на того ты напала со своими женскими обезоруживающими приемчиками.

Я оказался прав. Примерно метров через триста из‑за деревьев явственно потянуло ароматами очистных сооружений. Лес расступился – и мы вышли к озеру, по виду мало отличающемуся от Квотеба.

То же затянутое рыжей тиной пространство площадью в четверть квадратного километра.

Те же заросли мутировавшего камыша, похожего на пучки облезлых ёршиков для мойки бутылок.

Такие же остовы насквозь проржавевших автомобилей, торчащих их воды – если эту грязь можно было назвать водой."

"Касси скривилась, прикрыв нос рукавом. Как же, помню лагерь ее группировки, где «всадники» были на положении господ среди рабов, пораженных радиацией и гниющих заживо. Ну и плюс богатый папа – владелец бара. Конечно, Касси отчаянная, опасная и коварная сволочь. Но, по ходу, все‑таки белоручка, привыкшая к комфорту. Что ж, никогда не поздно перевоспитаться, научившись чему‑то полезному, нужному и хорошему.

– Лезь в это дерьмо, – сказал я. – Да поживее.