Закон сильной женщины

— Вот именно. Психологи, понимаешь, сказали, что ничего страшного, все, мол, пройдет. А ничего не проходит, Олег! Ни-че-го! Она даже не спит со мной! — неожиданно выпалил Сашка.

— Как это?

— Перебралась в другую комнату. И не подпускает меня к себе. — У Богданова в голосе была такая тоска, что Олег тут же устыдился.

У него, если разобраться, какая печаль с Ольгой? Да скорее всего надуманная. Оля по-прежнему мила, внимательна, в постель тащит при каждом удобном случае, когда он не занят и не устал. И уж точно она не психует, не скандалит, не замыкается в себе, не пытается перебраться в соседнюю спальню.

Он все себе придумал, окончательно успокоился Олег, когда Сашка Богданов начал излагать подробности того мерзкого случая с Ариной.

Вот у Богдановых беда. У них самое настоящее несчастье в семье. Там не просто все рушится, там уже и рушить нечего.

— Ладно-ладно, успокойся, Саня, — попытался он утихомирить разошедшегося друга. — Все будет хорошо. Кстати, ты не знаешь случайно, что там у моей жены за подруга Валентина объявилась?

— Нашел у кого спросить, — фыркнул Сашка с раздражением. — Я подруг своей жены не знаю.

— Понял.

— Наверняка в каком-нибудь салоне познакомились. Или на распродаже. Твоя ведь любит по шмоточным местам помотаться.

— Любит, — улыбнулся Олег. И притворно ужаснулся: — Столько денег спускает, ты не поверишь.

— Это все ерунда, Олежа, слушай меня. Я бы сейчас душу заложил, лишь бы Аринка оттаяла.

— Ладно, завтра постараюсь на нее повлиять, — зачем-то пообещал Олег.

Зачем он это ляпнул? Арина — серьезная, умная женщина. Если она молчит, значит, имеются причины. Бегство в соседнюю комнату тоже должно иметь под собой основания.

— Повлияет он, — хмыкнул Богданов. — У нее тут такое влиятельное лицо нарисовалось, что конкурентов быть не может.

— Это ты о ком? — Снова проснулось проклятое беспокойство.

— Капитан полиции Воронов, начальник отдела уголовного розыска. Не слышал о таком?

— Тьфу-тьфу-тьфу!

— Вот и я говорю: тьфу-тьфу-тьфу.

— А как он на нее влияет?

— Скорее достает. Сначала к себе вызывал без конца. Потом Арина без повестки отказалась к нему ходить. Надоело, говорит. А повесткой он ее вызвать не может, оснований нет. Она ведь может и жалобу накатать, так?

— Это вряд ли, — усомнился Олег.

— Она не может, я смогу! — пообещал грозно Богданов. — Чего, в самом деле, прицепился!

— Так, понятно. А теперь что?

— В каком смысле?

— В коромысле! Ты сказал: сначала он ее к себе вызывал, пока Арина покладистой была. А теперь?

— А теперь звонить начал. Даже пришел вчера вечером, представляешь? Я возвращаюсь, а они, как два голубя, на кухне кофе пьют! И беседуют! Ух, я разозлился… Ты не представляешь, как я разозлился."

"Еще как он представляет.