Закон сильной женщины

 — Знаешь, Саш, мне, конечно, тоже жаль, но… Но все вот это… — Арина повела рукой в его сторону. — Слишком мелодраматично. Не находишь?

— Не веришь, — коротко кивнул он и тут же встал с коленей и снова сел, сгорбившись, на прежнее место. — Понимаю. Не веришь. Но дай нам шанс, Арина. После всего того, что произошло с тобой, со мной, мы с тобой как бы в одной лодке. Истерзанные, пострадавшие, жаждущие понимания и тепла. Мы должны попробовать, Арина.

— Попробовать?

Она села за стол напротив него, внимательно всмотрелась в человека, с которым была близка целых десять лет. Молодой, красивый, мускулистый. Наверное, слишком сексуальный, чтобы быть всю жизнь с одной женщиной. Сейчас, правда, слегка помятый после плена, который устроил ему Олег Степанов, желая наказать за подлость. Но это даже добавляет ему шарма. Почти герой! Выжил, не сломался. Отказался перерезать горло своей любовнице. Даже в обмен на свободу.

Он ей все рассказал. Она все знает. Пробелы восполнил капитан Сергеев Глеб Станиславович. Рассказывал не без удовольствия, смаковал подробности, от которых Арину едва не стошнило.

— А он знает о том, что произошло с вами? — спросил Сергеев, подписывая ей пропуск. — Вы поделились с ним подробностями?

— Не всеми, — уклончиво ответила тогда Арина.

Она не рассказала Саше ничего о той страшной ночи. Ничего! Тогда откуда он знает о ее истерзанности? Он ведь так сказал минуты две назад.

— Что ты знаешь о том, что произошло со мной, Саша? — спросила Арина, подумав. — Кто рассказал тебе?

Он изумленно моргнул раз, другой. Уставился на нее непонимающе.

— Никто, — замотал тут же головой ее муж. — Мне никто ничего не рассказывал. А зачем?

— Так откуда ты знаешь?

Странный шепот, показавшийся ей той ночью знакомым, снова зазвучал в ушах, как будто тот человек стоял сейчас за ее спиной. И с ухмылкой, видной в прорези черной маски, наблюдал за всем, что происходило на ее кухне. Ей сделалось страшно.

— Мне не надо знать! Я видел тебя. Я наблюдал тебя день за днем. Ты не хотела никого видеть. Не хотела ни с кем говорить. Ты перебралась из нашей спальни в гостевую комнату. Не смотрела на меня. Мимо меня, как будто я перестал существовать! Ты превращалась в монахиню. Этого мало? — воскликнул ее муж с забытым возмущением.

— Не знаю.

Арина попробовала дернуть плечами, но их словно сковало морозом. Как тогда, той ночью, когда она не сумела уложить на лопатки страшного человека, совершившего страшное убийство почти на ее глазах."

"— Если честно, то я мало понимал тогда. То есть не хотел, наверное, понимать, что с тобой происходит, — признался он, роняя голову на грудь. — Считал, что это блажь. Испуг, с которым ты должна была справиться достаточно быстро. Ты же сильная, Аринка! Я всегда считал тебя из стали и бетона.