Закон Севера

Помнится, Данила говорил, что именно в таких мощных красных Полях вожаки нео любят прожариваться. Или кандидаты в вожаки, мечтающие стать сильнее, умнее и популярнее среди электората. Правда, частенько такая прожарка заканчивается плачевно. Недосидишь или пересидишь в красном Поле – и все. Или шкура слезет до костей вместе с мясом, или в головешку превратишься. А еще Поля-перевертыши есть, которые маскироваться любят под продуктивных сородичей. Сунулся вроде в красное Поле с надеждой на лучшее будущее, а на выходе получился не альфа-самец, а бесформенный шматок протоплазмы с глазами.

Мне прожарка была ни к чему – и так шибко умный и популярный, дальше некуда. Вон, через века потомки мстят по-страшному… Стоп! Дальше – не думать! Лучше просто идти туда, куда упал патрон. А потом подобрать его и бросить снова. Хотя не факт, что это панацея. Может, в отличие от биологических объектов патроны запросто летают через Поля Смерти. Может, это у Полей стратегия такая, патроны через себя пропускать, а их хозяев выворачивать наизнанку…

Но нет, на третьем броске мой импровизированный щуп вдруг вертикально завис в воздухе… А дальше я увидел красивую картину. Патрон взорвался, но медленно. Словно из неподвижной гильзы вдруг распустился огненный цветок, выплюнув из себя заостренный свинцовый пестик. Оставляя в студенистой массе Поля Смерти хорошо видимый турбулентный след, пуля величаво проплыла до невидимой верхней границы Поля и, прорвав ее с легким хлопком, исчезла в вышине…

Пришлось потратить еще два патрона, прежде чем я вышел на относительно свободное место.

Прямо передо мной лежал большой валун, на котором был закреплен осколок синего гранита. Когда-то это была памятная плита с надписью, но, вероятно, какой-то шутник обколол плиту по краям, и теперь на ней осталась лишь едва различимая, полустертая от времени надпись «…ад будущего». Что ж, шутник был недалек от истины…

По краям поляны жутковатым частоколом раскорячились огрызки древесных стволов, изуродованные Полями Смерти до крайности. Лишенные ветвей, перекрученные остатки некогда величественных деревьев сейчас напоминали ржавые прутья арматуры, торчащие из руин развалившегося здания. А в центре поляны, словно инфернальный могильный холм, застыло черное Поле Смерти.

Таких больших черных Полей я еще не видел. То, что находилось в здании, оккупированном дампами, по сравнению с этим Полем выглядело бы неубедительно, словно трехлетний малыш рядом с папой-культуристом.

Размеры и структура Поля поражали. Никаких колебаний не было заметно на его поверхности. С виду оно напоминало монолитную полукруглую композицию, высеченную из черного кристалла высотой с пятиэтажный дом и тщательно отшлифованную неведомым скульптором.