Закон подлости

Маше подарили снисходительную улыбку, недоверчивый взгляд, и прокурор Евгений Павлович покинул зал заседаний.

- Ты что здесь делаешь, родственница?

- У меня была апелляция. Потом вас увидела в расписании, решила послушать.

- И как?

- Вы очень любите все части своего тела, Дмитрий Александрович. Я это поняла.

Он посмеялся. Отошёл на шаг, окинул Машу взглядом.

- Как любой нормальный человек, - сказал он.

Они вышли вместе из зала, причём Харламов то ли позабыл, то ли просто не подумал пропустить её в дверях вперёд. И по коридору направился бравым шагом. Маше пришлось его догонять. Хотя, она понятия не имела, зачем это делает."

"- И как ваши шансы? – спросила она.

- После дурацкого представления?

- Да.

- Думаю, повысились.

- Потому что судья - мужчина?

- Потому что мне нужен был повод для отсрочки. Я её получил. Пусть и такой глупый повод. Иногда нужно уметь посмешить людей. – Дмитрий кинул на неё изучающий взгляд. – Маша, ты боишься быть смешной?

- Боюсь ли?.. Не знаю. Но это неприятно.

- А ради дела?

- Возможно.

- Это не тот ответ.

Она выдохнула. После чего сказала:

- У меня ещё не возникало подобной ситуации.

- Правильно. Потому что ты не даёшь ей развиться. Ты тут же глушишь её подборкой статей и законов. А судьи, знаешь ли, тоже люди. И мало того, прокурорские тоже люди. Нужно уметь заводить друзей.

- Дмитрий Александрович, кого вы обманываете? Хотите сказать, что этот… Евгений Павлович ваш друг?

- Когда мне это нужно, он мой друг.

Они остановились перед выходом, дожидаясь пока охрана проверит входящих и осмотрит их сумки. И Дмитрий, воспользовавшись моментом, повернулся к Маше. Они стояли рядом, и ей даже пришлось закинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. И тут же решила, что она зря это сделала. Взгляд Харламова был внимательным, даже въедливым. А ещё он посетовал:

- Ты совсем не улавливаешь сути, детка.

Маша обдумала его слова, но не смысл, а его тон.

- Во-первых, я не детка, а во-вторых, я улавливаю. Но не думаю, что я согласна.

- Ты просто маленькая ещё.

На это она отвечать не стала, потому что любое её слово против, он воспринял бы, как доказательство своего предположения.

Они вышли из здания суда, и Дмитрий спросил:

- Ты на машине?

- У меня нет машины.

- Как? Совсем? А как же ты передвигаешься?

- Общественным транспортом, Дмитрий Александрович.

- Дичь какая. Купи себе машину.

- Как только заработаю.

- Это долго. Хочешь, я тебе куплю машину?

Маша брови сдвинула.

- За что?

Он стоял совсем близко и широко улыбался, глядя на неё.

- За то, что родственница.

Под его взглядом она смущённо кашлянула. Горло перехватило непонятным спазмом, а взгляд метался между тяжёлым подбородком Харламова, узлом дорогого галстука и лацканами пиджака стального цвета. Маша не могла себя заставить посмотреть Дмитрию в глаза.