Закон монолита

Не получится у него с тобой ни черта, если только…

Он не договорил.

Кровь хлынула горлом, залив всю грудь сталкера. Мой затылок пронзило холодом настолько сильно, что я невольно зажмурился. Было ощущение, что нереальный, парализующий, смертельный, лютый мороз прошел сквозь меня…

Прошел – и исчез, будто его и не было. А когда я открыл глаза, на бетонном полу лежал мертвый Меченый, на губах которого застыла его фирменная ироничная ухмылка. Будто заснул сталкер ненароком, и видит хороший сон, от которого не хочется просыпаться.

Спи, Меченый. Спи мой старый товарищ, ты заслужил возможность как следует выспаться. А я даже похоронить тебя не смогу – везде бетон. А вот отомстить попробую. Еще не знаю как, но поверь, приложу все усилия.

***Коридоры ветвились, множились, превращая подземелье в настоящий лабиринт. Я знал – тут, под Центром Зоны, находится множество лабораторий и секретных военных комплексов, объединенных в единую сеть. Когда-то все эти детища советского военно-промышленного комплекса снабжала энергией Чернобыльская атомная электростанция. Думаю, некоторые снабжает и теперь, даже когда люди ушли отсюда навсегда. Или остались навсегда, изуродованные излучением, превратившиеся в нечто, лишь внешне похожее на людей…

Я бы давно заблудился в этой паутине подземных лабиринтов, если б не Зов Монумента – занудный, как заезженная пластинка, хорошо знакомый любому сталкеру, умудрившемуся добраться до окрестностей Саркофага. Может это были пси-волны, испускаемые хищной аномалией, и в человеческой голове трансформирующиеся в слова. А может и что-то иное, рукотворное, созданное гением инженеров, некогда трудившихся в засекреченных лабораториях. Какая разница? Главное – Зов надежно и качественно вел меня по лабиринту точно к цели. Чуть отклонишься в сторону, свернешь не туда – и сразу занудное нытье становится тише.

«Приди ко мне, сталкер. Получи свое счастье. Ты заслужил исполнение желания…»

Да уж, знаем, как этот сверкающий джинн исполняет то, что попросишь. Каждый высохший труп, валяющийся подле него, получил заслуженное сполна. Монумент любит играть с человеческими слабостями – так же, как американский Золотой шар, о котором рассказывал Рэд Шухарт. Хочешь сразу всего и много? Получай. Но вовсе не так, как ты мечтал, а так, как это твое желание видит аномалия – любительница черного юмора…

«Приди ко мне…»

– Да иду я, мать твою, – процедил я сквозь зубы. – Подожди немного, скоро встретимся.

Коридор, по которому я шел, круто свернул налево – и я остановился. Потому, что по ходу всё, приехали.

…Их было четверо."

"Один в абсолютно черном экзоскелете – не иначе, тот самый парламентер, который грузил членов группировки «Борг» типа от имени пленного генерала Грачева.