Заколдованная луна

 – Но я хочу тебе только добра! Верь мне, я знаю, что для тебя лучше. Это замечательное собрание, а в Линде-аллее тебя поджидают только заблуждения.

По правде говоря, Криста веровала – чисто и искренне. Но его давление уже начинало воздвигать барьер между ней и ее верой в Бога.

Сейчас ему удалось направить ее совесть туда, куда он и хотел, ее лицо потемнело. Но все равно, сдаваться она не хотела, поездка значила для нее очень много.

– Мне надо поговорить с моими родственниками из Линде-аллее, есть кое-что, что мне необходимо обсудить.

Он тут же стал подозрительным. Глаза его так и светились недоверием:

– Чему это они могут научить тебя из того, чему не могу научить с таким же успехом и я?

– Папа, я одна из них, и от этого не уйти. И мой настоящий дед со стороны матери, Ульвар, и мой как бы дед – Хеннинг – из рода Людей Льда. И это день рождения Хеннинга, ему исполняется семьдесят семь лет. Никто не знает, как долго он еще будет с нами.

– Ох, да я умру раньше, чем он, ты же знаешь. Я могу умереть, уже в то время, пока ты там будешь, потому что – кто же мне поможет? Подумай, а вдруг у меня случится приступ удушья, а я буду в доме совсем один?

– А… Ингеборг не может побыть с тобой? – наивно спросила Криста.

Он выглядел испуганным. Ингеборг тут же сказала:

– Ой, с удовольствием! Завтра ночью? Мама мне, конечно же, разрешит.

И она облизала губы с самым решительным видом, что еще больше перепугало Франка.

Он попался в свою собственную ловушку.

– Но сейчас я больше ничего не хочу слышать про Линде-аллее! Идите, – нетерпеливо махнул он рукой. – Иначе опоздаете на собрание!

– У тебя есть все, что нужно? – заботливо спросила Криста.

– Да-да, у меня все есть. Думаешь, без тебя не справлюсь? – добавил он агрессивно и довольно непоследовательно.

Когда они ушли, он почувствовал себя очень усталым. Но лишь психически. Его привело в замешательство новое, странное поведение Кристы.

Ему следует пересмотреть свою стратегию, говорило ему его подсознание, но он еще не понимал этого отчетливо.

Всю вину он перекладывал на Кристу. Глупая девчонка, вечно она занудствует со своей Линде-аллее! Опасной Линде-аллее!

Он еще не понимал, что его подсознание подсказывало ему: старая стратегия – «меня так жалко, разве ты не видишь?» – уже не трогает Кристу. Надо придумать что-то другое.

На самом деле, Франк Монсен уже почти выпустил вожжи из рук.

Пока они шли на собрание, Криста заметила:

– А правда луна сегодня вечером какая-то странная? Как будто она полна каких-то чар?

– Чего? Ты что, с ума сошла? – фыркнула Ингеборг. – Вечно ты несешь какую-то чушь! Ее ведь почти не видно, она совсем скрылась за облаками!

– Именно поэтому она такая волшебная. Такая таинственная, полная тайн. Землисто-серая – как мертвец!

Ингеборг нервно хмыкнула.