Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Никакой ответственности, кроме материальной за подобные преступления не было, но для семей магов ситуация оборачивалась позором. К тому же за каждое последующее убийство штраф рос. В прошлом было несколько случаев, когда пренебрежение святостью жизни и попытки скрыть это от общества вылились в полное разорение.

Более семидесяти лет у Арьянми подобного не происходило. Эритар представил себе последствия. Выплатить штраф за ее действия — все равно, что объявить во всеуслышание — Беатрис его рабыня. И это не могло не вызвать осуждения и массу слухов.

Убийство прислуги без последствий тоже не останется. И угроза не была пустой. Луцерос подобными вещами не брезговали. Крошечная семья с неограниченными богатствами, еще и относящаяся к особо ценным для государства.

Для Арьянми это было недопустимо. Итак, предстоит покрыть позором семью, увидеть осуждение в глазах матери и отца. Его передернуло. Машина взмыла в воздух, преодолевая высокий забор и перескакивая с эстакады на другое шоссе.

Зачем только Эвиан влезла?

Живо представились горящие гневом глаза Беатрис. Что она чувствовала, когда Эви вошла, элегантная и нежная, как всегда. Томная поза, женственные изгибы, все это нашло отклик в сердце Беатрис. Ревновала ли? Почувствовала ли что-то? Или образ Антари все еще значил больше?

Эритар сделал несколько магических движений, концентрируя силу вокруг себя. Ему нужны были все инстинкты и вся доступная магия, чтобы приехать домой вовремя.

Может быть, ему все же стоило оставить немного контроля над Беатрис. Совсем чуточку, чтобы реагировала хотя бы на магический приказ? Он не мог осуждать ее, но злился неимоверно.

Как в романе

Ртиа вышла на крыльцо, чтобы понять, куда подевался Варго. Она не сочла обувь подходящей к платью и просто осталась босой. Девушка облокотилась на перила крыльца и оглядела двор — аккуратно и красиво. Он говорил, что земля подчиняется его магии, это было заметно сразу. Ягоды, цветы, овощи — изобильно росли рядами. Ртиа задумалась, что хоть как-то напоминает привычные продукты и не заметила, как появился хозяин дома."

"Он лишь улыбнулся, глядя на босоногую красавицу в легком платье. Ветер развевал воланы, девушка переминалась с ноги на ногу, стучала ногтями по ошейнику. Тело ей досталось весьма изящное. Лицо, в свете нескольких фонарей обрело загадочность и томность. Волосы мягко мерцали.

— Вечер поздний, — замялся парень, подходя к крыльцу. — Цветы закрылись, но утром распустятся вновь. Прими этот букет, прекрасная дева Ртиа. Приложи его к своим сладчайшим устам и подари бутонам поцелуй, который получить желал бы я, но не посмею и мечтать. Твои глаза полны любви, полны последних лучей заката, полны страсти, в которой утонуть надеюсь.