Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

— Нам обязательно лежать? — спросил он чуть наивно. — Можно сидеть рядом, обнявшись — или это не одно и тоже?

— Одно и тоже, мой дорогой, — ответила она, устраиваясь в его руках.

— Сейчас нежность снова была на «троечку»? Или я дотянул до «четверки»? — в голосе Варго опять появились нотки смущения и ранимости.

— Твердая «пятерка», — наградила его Ртиа.

«С плюсом», — томно отозвалась Селена в ее голове.

После паузы она потрясенно добавила:

«Охренеть просто».

«Как мне дурно от того, что ты в моей голове», — подумала Ртиа. — «Но раз уж я ничего не могу с этим поделать… Ты говорила, что у вас секс не табу, так скажи, с вершины твоего опыта — как впечатления?»

«Даже с двучленным ворлодом я такого не чувствовала».

«С кем или чем?» — переспросила Ртиа."

"«Тебе рано знать такие вещи, крошка», — ответила Селена и замолчала.

Отъезд

Когда Беатрис проснулась, Эритара не было. Она нашла его в гардеробной, где он деловито складывал свои вещи в дорожную сумку.

— Без слуг мне неудобно, — сказал он.

— А где они? — спросила Беатрис.

— После всех событий, Эвиан, доктор, который осматривал тебя и все слуги, кроме охраны, отправлены в особняк моих родителей. Я никому не могу верить, только семье.

Девушка кивнула и тут обнаружила, что на ее половине висит несколько новых платьев, одно из которых привлекло внимание сильнее прочих. Жемчужно-серый шелк, сложная драпировка, сияющие капли камней.

— Это кому? — спросила она, проводя по ткани рукой.

— Антари, — буркнул Эритар. — Я решил его принарядить. Думаю, ему очень пойдет.

Беатрис возмущенно глянула на своего мужчину, давая понять, что шутка не уместна.

— Почему ты купил это мне? — спросила она.

Эритар застегнул сумку и подошел к ней:

— Ты помнишь, что ответила мне там, в подвале? Мы потом отметим по-настоящему. Обязательно, когда пройдем через все эти сложности. Но даже если сейчас торжества не будет, ты, Беатрис, должна сиять ярче солнца.

— Когда мы… — Беатрис замялась, не в силах произнести «женимся».

— Сегодня. Осталось около часа, любовь моя, — Эритар обнял ее. — Я не могу поверить, что ты моя. Вся моя.

Его руки жадно сжали ее, до боли прижимая к себе.

— Твоя рабыня, — горько сказала она.

Эритар поднял ее за подбородок:

— Да, моя рабыня, любимая, моя будущая жена, моя собственность, моя жизнь и мой единственный смысл существования. И не надо говорить, что я что-то делаю не так. Все, что я желаю — защитить тебя и быть с тобой.

Сердце Беатрис забилось чаще. Ей не просто было принять то, что Эритар решает все в одиночку, ни в чем не оставляет ей выбора. Даже платье приготовил по своему вкусу. И таким он был всегда. Когда-то это стало поводом для расставания, а сейчас все ложилось на сладкий туман в голове, на чувство принадлежности и зависимости.