Заклинатели чудовищ

Когда она открыла глаза, парень с облегчением вздохнул.

Лера села и прижала к стеклу ладони. Как же она уже соскучилась по брату! К счастью, Максим был цел и невредим, он сидел на коленях в шортах и своей любимой футболке и смотрел на нее. На его теле даже синяков не было.

Девушка огляделась по сторонам – они находились в просторном сумрачном помещении, заставленном стеллажами с различными приборами. Это было похоже на лабораторию. За дальними столами работали несколько человек в белых халатах. У входа стояло несколько охранников в черной форме – наверное, ее похитил кто-то из них.

Место укола еще болело, в голове шумело, но сейчас было не время расклеиваться, нужно было взять себя в руки.

К «стаканам» направлялся профессор Курчевский в строгом коричневом костюме, а за ним послушно семенила свита из шестерых гоплитов. Михаил Геннадьевич нес пробирку с какой-то темной жидкостью и довольно улыбался.

– А вот и сестрица очнулась, – проговорил он. – Очень кстати. Ведь двое всегда лучше, чем один.

– Зачем вы нас здесь заперли? – с ненавистью спросила Лера. – Ведь уже все кончилось. Кончилось, понимаете? Эвриала мертва… Николай Комиссаров и его люди, скорее всего, тоже. Как и Харибда.

– А я много пропустил, – заинтересованно пробормотал Максим.

– О, – вскинул брови Курчевский. – Как прискорбно это слышать… Но, видите ли, моя работа никак не связана с Эвриалой и ее гадюками. И даже благополучие Николая Комиссарова меня мало волнует. Меня интересуете лишь вы двое. Ну, еще Форкис, но, раз уж он сейчас вне пределов досягаемости, я рад и тому, что имею. – Он взглянул на пробирку в своей руке. – В крови твоего брата я обнаружил один очень интересный элемент… А значит, он есть и у тебя.

– О чем вы говорите? – нахмурился Максим.

– Он называется «СД-80». Впервые я услышал о нем, когда работал в корпорации «Экстрополис». Профессора Клебин, Греков, Штерн… Мне посчастливилось работать со многими светилами в области генной инженерии. Этот ген мы обнаружили в крови людей, которых впоследствии назвали метаморфами. Поначалу Штерн выделил ген в крови оборотней, но затем мы поняли, что он присущ многим созданиям, обладающим сверхъестественными возможностями. Мы называли их мифами, легендами, кто-то зовет их Первородными… У всех есть этот ген. И у вас, как оказалось, тоже. Видимо, передался вам по наследству от того самого Дайомедеса. Мне всегда было интересно, что он за птица! И теперь благодаря вам двоим я сумею это выяснить.

– Но как же? Штерн научился создавать метаморфов искусственно, прививая «СД-80» обычным людям. После крушения корпорации многие технологии были утеряны, но теперь я смогу их восстановить. Моим истинным покровителям это понравится. К тому же мы думали, что Форкис такой один.