Заклинатель снега

Мышцы его спины напряглись под моими руками, и я отвернулась, решив на это не смотреть.

Я сидела, подобрав колени и продолжая держать руку на его спине. Лучше бы я этого не слышала… Уж лучше смотреть, как полуголый Трэвис пляшет на столе в гостиной.

Похоже, деваться мне некуда. Я чувствовала, как его мышцы содрогаются под моими пальцами. Дрожь, пробежавшая по его телу, передавалась через запястье моей руке.

Я посмотрела на Мейсона. Волосы закрывали лицо, я видела только его подбородок и приоткрытые красные губы. Мейсон покрылся холодным потом, через ткань я чувствовала, как напряжено тело. Его потрясывало.

Я должна испытывать злорадство, видя его таким, и почувствовать удовлетворение, оттого что ему физически плохо. И все же… я не могла.

Единственное, что я ощущала в глубине души, – уже знакомое противоречивое чувство: не гнев, не обиду – горечь. Как бы ни хотела, как бы ни старалась, что-то мешало мне его ненавидеть.

Я видела в нем отражение Джона, его глаза, его светлый смех. У отца с сыном была одна улыбка на двоих, и одна походка, и одинаковый блеск в глазах, когда они чему-то радовались, поэтому ненавидеть его или презирать оказалось просто невозможно.

Кончик влажной от пота пряди, как иголочка, уткнулся в уголок его воспаленного глаза, и я убрала прядь в сторону. Автоматически, я даже не заметила своего жеста…

Мейсон вздрогнул и только тогда, кажется, заметил меня. Он повернулся и уставился на меня влажными покрасневшими глазами, затем оттолкнул.

– Уходи. Мне не нужна твоя помощь.

Коврик собрался подо мной, когда я отодвинулась и посмотрела на Мейсона. Внутри меня вместе с досадой просыпалось чувство, похожее на агрессию бешеного животного. В висках застучала кровь. Я сжала кулаки и вскочила на ноги.

– Ах, тебе не нужна моя помощь? После того как я затащила тебя сюда по лестнице? После того как ты упал на меня? После всего, что я сделала, не посмотрев, что это ты? – Я еле сдерживала гнев. – Какой же ты идиот!

Я повернулась и пошла к себе в комнату, чертыхаясь на чем свет стоит. Я буквально кипела от злости на саму себя, так что в груди жгло.

А на что, черт возьми, я надеялась? Что он поблагодарит меня? Возьмет меня за руку и извинится, что вел себя как последний кретин?

Я добралась до своей комнаты и хлопнула дверью так, что оконные рамы задрожали. Когда последний раз я испытывала такой жгучий гнев, способный испепелить дотла, если не остановиться? Не помню.

Надела чистую майку, забралась в кровать и выключила свет. Я хотела бы проспать целую вечность. Заснуть и спокойно спать, перед сном пожелав, чтобы Мейсон вытошнил в унитаз свои мозги, а Джон вернулся домой пораньше и обнаружил бы в доме страшный бардак.