Заклинатель снега

Я оставила цилиндр на столе, бросилась за дверь и побежала по грунтовой дороге. Поскользнулась. Снег ослепил меня, мороз обжигал легкие.

Сердце билось в горле, когда я выбежала на шоссе. Было ужасно холодно, но я стиснула зубы и увидела его.

Он ушел уже очень далеко, его фигура казалась едва заметным пятнышком на фоне дорожного полотна.

– Мейсон! – прокричала я что было сил, и крик эхом разнесся по белому снегу, кажется, унося с собой мою душу.

– Мейсон! – попробовала я еще раз, надеясь, что он меня услышит.

Я кричала до боли в горле, но это бесполезно.

Тогда я побежала обратно так быстро, как только могла, и села в пикап. Я повернула ключ зажигания, но аккумулятор опять капризничал.

– Ну давай! – просила я машину.

Шел слишком сильный снег, чтобы пытаться подзарядить батарею.

Я вышла, захлопнула дверцу и снова пошла по своим следам. Я сжимала ружье в онемевших пальцах, расстроенная и замерзшая.

Я уже не смогу его догнать. Как ни смешно, но я всегда таким его и видела – повернувшимся ко мне спиной и уходящим прочь.

Дом – это не конкретное место, он не в Калифорнии и не в Канаде. Дом был в отражении его глаз, в аромате его кожи, во впадинке между ключицами и в промежутках между пальцами. В его улыбке, недостатках и неизлечимой гордости.

Дом был там, где было его сердце, и я наконец его нашла.

В груди горело. Я стиснула челюсти и прищурилась. Быстрым движением прижала приклад к бедру и направила ружье вверх.

Прогремел выстрел. Он прозвучал намного громче моего голоса и разбудил снежное царство, подняв птиц в небо.

Мейсон остановился и некоторое время стоял неподвижно, а потом повернулся ко мне.

Легкий ветерок щекотал кожу. Закат окрасил воздух, принеся с собой крики чаек.

Я позвонила в дверь. Мои грязные ботинки контрастно выделялись на чистом полу террасы. Ручка щелкнула, и я сняла кепку и зажала ее в кулаке.

Когда дверь открылась, я посмотрела на дорогое мне лицо и улыбнулась.

Я оглянулась. Воздух вокруг меня потрескивал от болтовни. Улыбаясь, ко мне подошел Джон.

– Извини за опоздание, не знал, что на входе будет такая очередь.

– Ты не опоздал, – успокоила его я, сидя на табурете в кепке, надетой задом наперед.

Казалось, Джон почувствовал облегчение.

Ярмарочный павильон был огромен. У стендов толпился народ, а на высоких белых стенах гордо висели школьные растяжки.

Джон посмотрел на проходящих мимо людей.

– А где твой учитель мистер Брингли?

– Он пошел посмотреть на конкурентов.

Внезапно взгляд Джона остановился на точке позади меня.

– Это она? – спросил он, но вопрос был лишним.

Прямо позади меня висела большая картина, прикрепленная к одной из панелей нашего стенда. К холстам были прицеплены бумажки с именами авторов, и Джон подошел к ним поближе, чтобы лучше рассмотреть.