Заклятый брат

 – В чём заключается план Вадима? Что он хочет сделать?

– Я… Я не знаю, – признался Нолан, неохотно расстёгивая пуговицы форменной рубашки. – Когда он узнал, что скоро сюда заявится армия Фахари, он просто… приказал уходить.

«Странно», – подумал Саймон, снимая обувь и натягивая рубашку.

– Он что-то задумал.

– Да уж ещё бы, – скривился Нолан. – Но я понятия не имею, что именно. Правда. Только знаю, что ему привезли кучу очков ночного видения, но они ему не пригодятся, раз Фахари решила напасть средь бела дня.

Саймон не стал говорить, что и сам это знает – что именно поэтому войско саванны и перешло в наступление.

– Покажи мне, куда лететь.

– Вадим знает, что ты придёшь, – заметил Нолан. – Он тебя сразу раскусит.

– Да, за пару минут, не больше, – согласился Саймон, бросая брату джинсы. – Но мне этого хватит. Говори, где он.

Как только они переоделись, Нолан отодвинул брезент, скрывавший чёрный выход, и указал на кóпье, виднеющееся неподалёку. За многие годы среди булыжников проросло немало деревьев, и даже издалека Саймон насчитал множество хороших обзорных точек, где мог скрываться Вадим.

Он превратился в сапсана и уже расправил крылья, готовясь взлететь, как брат положил руку ему на спину.

– Саймон, – сказал он торопливо. – Ты же понимаешь, что я с тобой не пойду, да?

Саймон понимал, и всё равно его слова ножом впились в сердце.

– Но это же Ариана, – с мольбой произнёс он. – И ты всё равно останешься в стороне?

– Я… – Нолан нервно оглянулся, словно вдруг испугался, что их подслушивают. – Прости. Я не могу так рисковать.

– Но на кону стоит её жизнь! – не выдержал Саймон. – Что может быть важнее?

– Ты, – ответил Нолан и тут же осёкся. Он закусил губу, и в его глазах блеснули яростные слёзы – хотя, может, Саймону показалось.

– Со мной всё будет в порядке, – сказал он, хотя не мог ничего обещать. – А с Арианой – нет, если я её не спасу. Если мы её не спасём.

Нолан помотал головой.

– Я не могу, понимаешь? Иначе Вадим перестанет мне доверять, даже самую капельку, и тогда… нет, я не могу.

Эмоции сменялись на лице брата: злость, раздражение, ярость, беспомощность. Со дня его похищения прошло всего две недели, даже меньше, но они показались годами. Потому что сейчас перед ним вдруг оказался не родной брат, а незнакомец, которого Саймон впервые повстречал почти два года назад.

– И ты даже не скажешь, почему? – наконец нарушил Саймон удушающую тишину. – На кого ты работаешь? Нет, с кем ты работаешь? С тем леопардом? Неужели тебе настолько нужен Вадим, что ты пожертвуешь ради него Арианой?

– Не тяни время, – сказал он. – Вадим не будет ждать вечно.

Обида и ярость комом свернулись в груди, и Саймон лишь усилием воли удержался от того, чтобы хорошенько встряхнуть Нолана за плечи.