«Заказ» невыполним

Он, откровенно говоря, побаивался, что после сообщения о том, что отец жив и на свободе, Таймасхан откажется от желания отомстить Судоплатову. Самому Хамзату слишком трудно было с таким положением вещей согласиться. Всегда бывает трудно отказаться от планов, которые так долго вынашивал. Да и не хотелось отказываться, когда столько предварительной работы проделано, когда столько сведений собрано.

– Значит, нам следует справиться за неделю. Так ты сказал отцу?

– Так…

– Ты не дал мой номер?

– Нет. Рядом с ним стоял Гилани Гирмасолатович. Он дал мой номер эмиру, поскольку, слава Аллаху, не знает твоего. Гилани все еще надеется, чтобы мы на него отработаем и он нас потом благополучно похоронит. Но, я думаю, все просчитал правильно…

– Гилани Гирмасолатович начинает меня злить, – Таймасхан сердито сузил глаза. – Он уже не просто настойчив, он назойлив…

– Видимо, нам, в конце концов, не избежать разборок с ним. Хотя от такой разборки шума будет слишком много. А я не люблю шумных дел. Чем меньше людей о тебе знает, тем дольше живешь. Это закон. Хотя выбора нам не дали. Сам Гилани хочет нас ввязать в еще более шумное дело. Значит, надо будет этот узел разрубать…"

"– Придется. Впрочем, это не так сложно, как кажется… Он окружил себя не профессиональными охранниками, а только верными родственниками. Они проблем не создадут. Когда можно позвонить отцу?

– Я не думаю, что Гилани Гирмасолатович намерен у него ночевать. Или Джамбулат, если был в гостях у Гилани, не будет долго у него задерживаться. Они слишком разные люди, чтобы найти общие интересы. Подождем на всякий случай еще полчаса, потом позвоним… Я сам позвоню и спрошу, может ли эмир разговаривать.

* * *Джамбулат всегда умел держать себя в руках, и его неулыбчивое лицо обычно не выражало тех чувств, которые он испытывал. В последний раз он поймал себя на том, что непроизвольно улыбается, когда за ним закрылись двери на проходной «зоны» и он полной грудью вдохнул воздух свободы. Шагнул и вдруг с удивлением понял, что улыбается. И рад был, что нет рядом никого, кто мог бы эту улыбку заметить, потому что показывать свои чувства не любил. Сейчас он был не один, и по удивленному лицу Гилани Гирмасолатовича понял сразу, что улыбка на его лице кажется явлением из разряда непознанного. Точно так же гость мог бы смотреть, наверное, на появление инопланетянина.

– В течение недели Таймасхан занят и выйти на связь даже со мной не может. Не может даже поздороваться. Нет с ним связи…

– Через неделю будет уже, может быть, поздно, – голос Гилани Гирмасолатовича звучал почти угрожающе. – Таймасхан нужен мне раньше.

Он сердито встал и глянул на дверь, словно уже намеревался выйти.

– Я в данной ситуации помочь бессилен, и даже Хамзат не поможет.