Женись на мне до заката

– Ничего смешного здесь нет, – буркнула Вайолет. – Вы могли бы одеться к уроку поприличнее.

– Зачем? Я скоро снова вернусь в штрек, – возразил Морган. – Хотите, я повторю все, что сказал?

– Да, повторите, пожалуйста.

На этот раз она старалась внимательно слушать.

– Теперь ваша очередь, – сказал Морган, и Вайолет зарядила винтовку.

– Очень важно принять правильную позу при стрельбе.

Он встал позади нее, но тут Вайолет резко повернулась к нему лицом и быстро заговорила:

– Я бы хотела обсудить с вами вопрос о партнерстве…

– Я же сказал, что этот вопрос не обсуждается!

– Пожалуйста, сделайте одолжение! По крайней мере, расскажите подробно об условиях вашего партнерства с отцом!

– В этом нет никакого смысла.

Он так долго в упор смотрел на нее, что Вайолет едва не сказала: «Хорошо, забудьте, оставим это». Слова уже готовы были сорваться с ее уст, но тут Морган неожиданно сказал:

– Чарли предложил мне восемьдесят процентов прибыли от своего рудника, а сам соответственно был готов довольствоваться двадцатью, так как знал, что не сможет работать в полную силу. Но в тот день, когда мы пришли к соглашению, я был настроен благодушно и снизил свою долю до семидесяти процентов.

Вайолет нахмурилась.

– Тридцать процентов вместо половины – разве это честное партнерство?

– Но Чарли мало работал киркой! Какой вклад – такой и доход!

– Но без согласия отца вы не могли бы добывать серебро в его руднике, не так ли?

– Да, я не мог бы делать это на законных основаниях, – согласился Морган.

– Вот это и был его вклад в дело!

– Но учтите, мне не нужен был второй рудник. Залежей в моем руднике вполне хватало для того, чтобы сколотить неплохой капитал. На моем участке серебра больше, чем я смогу добыть за всю свою жизнь. Так что лишнее серебро было лишь незначительным стимулом пойти на сделку с Чарли.

– Значит, это была его идея?

– Да. Как я уже говорил, в тот день Чарли был в отчаянии.

– Как вы думаете, сколько денег мог спрятать отец? Я хочу понять, стоит ли мне вообще прилагать усилия для их поиска?

– По моим подсчетам, у него должно было остаться около тысячи трехсот пятидесяти долларов после продажи совместно добытого серебра. Сначала он получил тысячу восемьсот, но настоял на том, чтобы я взял четверть этой суммы за продукты и эксплуатацию моей плавильной печи. Это было слишком много, но я не сумел отговорить его. В нем взыграла гордость.

Вайолет с недоверием взглянула на Моргана. Неужели доля ее отца в тридцать процентов равнялась тысяче восьмистам долларам?

– Тысяча триста пятьдесят долларов помогут моим братьям выплачивать кредит в течение нескольких месяцев, – задумчиво протянула она. – Однако их еще надо найти.