Женись на мне до заката

– Зачем ждать утра? Разве дневной свет проникает в рудник?

– Только у входа, – признался Морган. – Нам нужно взять фонарь.

Вайолет взяла тот, который стоял на столе, а он снял фонарь со стены. Он вышел из дома и повел девушку через двор к большому отверстию в скале.

Опорные балки внутри штрека были высотой с Моргана. Более высокому человеку пришлось бы пригнуться.

– Почему пол такой гладкий? – спросила Вайолет.

– Потому что я выскреб его.

Опустив фонарь, она увидела на каменном полу выделяющиеся яркие полосы.

– Это серебро? Мы идем прямо по нему? – ахнула она.

– Штрек идет прямо по залежи, – объяснил Морган. – Мы наткнулись на нее через шесть дней после начала разработки. Это не чистое серебро, а руда, которую нужно обрабатывать. Для этого необходим плавильный завод, и мы устроили его снаружи. Это богатая залежь, на восемьдесят процентов серебряная с россыпью меди и золота.

Сердце Вайолет радостно забилось, когда она поняла, что это решит все проблемы! Яркие полосы в скальной породе были не только на полу, но и на стенах и потолке.

– Здесь хранятся вещи вашего отца, – сказал Морган, останавливаясь неподалеку от тупика. Он поднял фонарь и осветил заднюю стену штрека. – Я отвез Чарли в город к доктору на его лошади и оставил ее там после того, как мне сказали, что он умер. Городская конюшня, вероятно, уже продала лошадь. А вот остальные пожитки Чарли лежат здесь, в его руднике. Это все, что у него было, когда он пришел сюда.

Вайолет внимательно пригляделась и увидела в тусклом свете фонаря спальник, винтовку, две седельные сумки с инструментами и кухонными принадлежностями – все, что нужно было ее отцу для того, чтобы выжить здесь. Он рассчитывал только на свои силы, но вопреки ожиданиям обрел здесь друга. На полу Вайолет заметила чемодан отца и бросилась к нему. Встав на колени, она попыталась открыть его.

– Чарли никогда не говорил о доме, – проговорил за ее спиной Морган. – Он, наверное, стыдился признаться, что когда-то был богат, а теперь стал нищим, но по его манерам и речи было понятно, что перед тобой джентльмен. Я хотел попросить кого-нибудь отвезти эти вещи его сыновьям – Чарли, кстати, никогда не упоминал их имен, – но не стал спешить, потому что здесь нет ничего ценного. Впрочем, ваши братья все равно скоро услышат обо мне.

Вайолет пропустила последнюю фразу мимо ушей.

– Моих братьев зовут Даниэль и Эван, – сказала она. – Вы могли бы, по крайней мере, сообщить им, что отец умер.

– Да ни за что в жизни я не стал бы сообщать людям столь ужасные новости! В этот раз, отправляясь в город, я хотел передать доку Кэнтри адрес сыновей Чарли, чтобы он мог послать им телеграмму со скорбным известием, но неожиданно узнал о вас, и мои планы изменились.