Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Правда, с западным в проливе придется трудновато, ну да ничего… Шлюпка с буксирным тросом уже рванула вперед, готовая в любой момент помочь при маневре. Только бы шквал какой не налетел! После сюрприза со штилем Добряк всерьез опасался вывертов местной погодки. И умом опасался, и тем самым дурным чутьем, которое сперва гнало на север, а потом заткнулось, прохлопав и Бермессера, и Бешеного. Теперь снова расчирикалось, а деваться некуда – только вперед, да побыстрее! За Безголовой Лягушкой можно будет перевести дух, там на двух якорях любой шторм перебедуешь.

Юхан глянул на небо – ни облачка. Ветер ровный, вода еще высоко, крапчатые скалы честно и равнодушно ползут навстречу. Плыви да радуйся, и нечего башку ерундой забивать. Нечего! А вот Ротфогель придется обходить далеко морем, у берега сейчас такое заварится… Бермессер в порт не вернется, подчиненные, хочешь не хочешь, попрутся искать. И найдут. Для начала Бешеного, а потом и Альмейда подтянется, доесть то, что в Хексберг не съели. Нет уж, господа селедки, воля ваша, а нам чужие драки ни к чему, наше дело маленькое, мы на охоту собрались. На охоту, ясно?

До Двойного Камня было рукой подать, когда подал голос вновь отряженный на салинг Питер:

– Фрошер!!! Прямугорла!

Ну, пусть нюхнет. Сунуть нос – одно, полезть в извилистый незнакомый пролив – совсем другое. Ни дна, ни течений местных марикьяре не знает, пока еще нащупает верную тропку… А мы вот сейчас самую узость проскочим, мысок обогнем и вовсе с глаз скроемся.

Подошел Фельсенбург. Один! У его адмирала голова, что ли, разболелась? Или у него самого? Взгляд самое то, сейчас цапнет.

– Что-то не так, сударь?

– С мачты кричали, за нами погоня.

– Лучше бы этому фрошеру, мелкий который, за нами не соваться. Мы ему, как-никак, обязаны, а тут камни всякие под водой, да и отлив начинается. Как раз на полпути засядет, придется несколько часов ждать, а мы давно уберемся…

– Вы так и не подняли баркас. Почему?

– Пригодится при маневрировании у Двойного и у Безголовой Лягушки. Вы вот что скажите, как ружья? Годятся?

– Ружья хороши, только я не пристрелялся, вот и мазал."

"Не пристрелялся он! А что будет, когда пристреляется? Муху в глаз бить?

– Говорите, не…

– Дядь, по носу!!! Ой-ё!..

Серебристую дорожку, несущуюся по воде наперерез баркасу, Юхан узнал сразу – тогда, в хексбергской гавани, насмотрелся. А вот в шлюпке сразу не увидели, всполошились, лишь когда пенный гребень пронесся перед самым носом. И тут же второй, уже с другой стороны.

– Кэцхен! – Фельсенбург тоже пялился на это безобразие, и в его голосе кроме удивления чувствовалось что-то еще… что-то странное.

– Вот ведь, – поежился Юхан, – только этих стерв нам и не хватало!

Словно в ответ, навстречу «Селезню» ударил короткий, но сильный порыв ветра.