Закат в Лиссабоне

Конечно, ему было бы приятнее ехать с Зулмирой, но не хотелось обижать старика. Через некоторое время в автобус поднялись Зулмира и Эстелла. Увидев Дронго, сидящего в первом ряду с несчастным видом, подруги прыснули от смеха. Выбрав кресла в пятом ряду, они уселись вместе и принялись обсуждать пару Дронго — Кобден. До слуха Дронго доносились их насмешливые замечания. Эстелла предположила, что он хочет добиться финансирования фармацевтической промышленности в своей стране и потому решил подружиться с мистером Франклином Кобденом.

— Кажется, эти дамочки смеются над нами, — в благодушном настроении заметил Кобден. У старика оказался идеальный слух.

Вошедший в салон Чжан Цзинь, увидев Дронго, на секунду замер, затем коротко кивнул, словно старому знакомому, и поспешил в конец автобуса. Мимо Дронго прошли еще несколько поднявшихся в автобус человек. На одного он обратил особое внимание. Этот делегат удивительно походил по описанию на «Сервала». Ему было под шестьдесят, он имел крупную голову, широкие плечи, глубоко посаженные глаза. На подбородке были заметны следы пластической операции. Незнакомец прошел в конец салона и занял место рядом с Чжан Цзинем.

Итальянского делегата Паоло Россетти, прошедшего мимо Дронго, трудно было спутать с кем-то другим. Поднявшись в автобус, он сразу же отпустил парочку комплиментов сеньорам Машаду и Велозу, поздоровался с кем-то из сидевших на последних рядах, громко прокричав приветствие на английском языке с итальянским акцентом, и наконец уселся на свободное место у окна. Россетти был мужчиной лет пятидесяти, среднего роста, лысым, с подвижным круглым лицом и крупным носом с горбинкой. Его активность и жизнерадостность бросались в глаза и даже передавались соседям. На роль «Сервала» он явно не годился.

В салон поднялись еще несколько азиатов, которых Дронго не знал. Внешность одного среди них также давала основания подозревать в нем «Сервала». Он был сосредоточен, даже мрачен. Ни с кем не здороваясь, он прошел по проходу и занял первое свободное место в шестом ряду. Одним из последних в автобус поднялся «Пьеро». Он надел голубую рубашку и взял с собой джемпер, по-молодежному обвязав его вокруг талии. Очки придавали его облику сосредоточенность молодого интеллектуала, а небрежно завязанный джемпер делал моложе лет на десять. «Пьеро» прошел в конец автобуса, вежливо здороваясь со всеми, в том числе и с Дронго. Когда автобус уже готов был отъехать, в салон заскочил высокий мужчина со светлыми волосами. Дронго, посмотрев на него, даже внутренне напрягся. Мужчина идеально подходил под описание «Сервала», за исключением того, что был блондином и имел характерную для скандинавов внешность: грубые черты лица, крупный нос, светлые глаза.