За всеми зайцами

Увидев, как напрягся при его виде Аркадий, парень чуть не заплакал.

– Простите, ну простите, бога ради. Сам не знаю, что на меня нашло, я и пистолет-то в первый раз в руках держал.

Выяснились подробности того, как он провел предыдущий день. Сначала сходил на работу, потом заглянул в кафе, познакомился в Латинском квартале с какими-то ребятами – художниками, пил с ними весь вечер, ночь и утро следующего дня. Потом, не помня как, оказался на Блошином рынке и купил там у здоровенного негра малахитовые бусы и пистолет. Бусы он хотел подарить Селине, а пистолет приобрел просто так, сам не зная зачем.

– Наверное, он мне просто понравился, – каялся Дима. – Прости, Аркашка, в первый раз так напился, и ты, – он повернулся к Мане, – извини, не хотел тебя ударить. И собачку очень жаль!

И тут Дима сделал невозможную вещь: взял на руки Хуча и стал его неумело поглаживать. Видя такое полное раскаяние, все сменили гнев на милость.

– Ладно, ладно, – сказал Аркашка, – с кем не бывает. Ну и напугал ты нас этим пистолетом. Я его убрал.

– Выброси его, бога ради, – взмолился Дима, – даже не знаю, как из него стрелять.

– Ну вчера у тебя ловко получилось, – отметила Оксанка, – прямо как в кино. Дима смутился окончательно: – Это спьяну. Он отпустил Федора Ивановича на пол и незаметно вытер руки о брюки. Заметивший брезгливое движение Денис беззвучно зашевелил губами.

Конец недели у нас прошел идиллически. Все дети были милы и вежливы. Дима больше не напивался и поминутно пытался гладить животных. Аркадий снизошел до того, что отвез парня к своему парикмахеру.

В субботу приехал обвешанный коробками Жорж. Шоколадные конфеты, засахаренные фрукты, торт-мороженое – это детям. Оле – книга ""Наш ребенок"", мне набор новых спиц в чемоданчике, Оксане и Наташке – красивые флаконы духов.

– У нас Рождество? – осведомилась я.

– Нет, – разулыбался Жорж, – просто сегодня небольшой юбилей, и поэтому я привез всем подарки. Кстати, вот здесь небольшой презент для собачек и кошек.

И он жестом фокусника извлек из пакета пару больших мячей, маленький мячик и двух искусственных мышек.

– А что у тебя за юбилей? – поинтересовалась любопытная Маня.

– Ну, не совсем юбилей, – потупился Жорж, – просто день рождения.

Я покраснела от стыда. Боже, совсем забыла, надо как-то выкрутиться из создавшегося положения.

– Помним, помним, что день рождения, – подмигнула я Мане. – Но ты ведь сам рассказывал, что родился поздно вечером. Так что поздравлять тебя будем за ужином, и подарки получишь тогда же. А пока можешь взять собак и погулять в саду.

– Ты помнишь, когда я родился, – умилился Жорж и позвал собак.

– Так, – сказала я, когда он ушел, – Маня, быстренько обеги всех и вели приготовить подарки.

Через десять минут закипела работа.