Заговор Черной Мессы

 – По тропиночке шла – что пава! И спереди, и сзади – глаз не налюбуется, а руки так и тянутся, шаловливые…

– Гражданин леший! Не знаю, как вас по имени-отчеству, но дело серьезное… Вы же обещали меня выслушать!

– Ну, ты упрямый какой… Ладно уж, давай говори, что у тебя там, только быстро – у меня гость сегодня, водяной подойти должен в картишки перекинуться… О, да вот и он!

Из-за сосен, пришлепывая, вышла бесформенная фигура. Если бы меня не предупредили, что это и есть водяной, – я бы счел его просто огромным комом мокрых водорослей. Одутловатое лицо, явно зеленого цвета, большие печальные глаза и лягушачий рот до ушей. Он отвесил поясной поклон лесному хозяину и вопросительно глянул на меня:

– Так вот ты какой, участковый инспектор из Лукошкина… Знаем, знаем, мне девчата про тебя все рассказали.

– Уна и Дина? – догадался я.

– Они самые. Что, сосед, он и у тебя время отнимает?

– Да вот, – пожал плечами леший, – принесла нелегкая, говорит – Яга послала.

– И к нам, на речку Смородину, тоже она удружила… – грустно поддержал водяной. – Такая свойская бабка была, а теперь вот, как в милицию устроилась, так и шлет кого ни попадя…

– Точно, точно… Ну, давай, участковый, не томи! Уж коли я обещался, так выслушаю.

– Правильно, – кивнул водяной. – Мы – люди порядочные, мне отойти или не секрет?

– Не секрет, – решил я. – Буду предельно краток, дело выглядит так…

Опуская детали и диалоги, мне удалось уложиться минут в десять. Оба слушали не перебивая. Когда я закончил, леший многозначительно перемигнулся с водяным и повернулся ко мне:

– Очень занятная история. Спасибо тебе, Никита Иванович, потешил душу. Ну, прощай… Берись за клубок, он тебя аккурат к городу выведет.

– Как это? И… это все? А…

– А я ж говорил – законникам не помогаю! – обрезал хипповый дед, доставая из-за пазухи засаленные карты.

Водяной быстренько расставил вокруг гнилушки, и широкий пень мгновенно преобразился в карточный стол.

– Иди, иди своей дорогой, добрый человек. Не видишь разве, мы заняты…

Во мне поднялась волна здорового раздражения этими нахальными пенсионерами. Ведь оба явно что-то знали, подозревали или поняли из моего рассказа, но намеренно и демонстративно отказывались помочь. Если бы не бабкина просьба – ей-богу, я бы развернулся и ушел! Но Яга так надеялась на то, что леший что-нибудь подскажет… Собрав в кулак всю силу воли и затолкав куда поглубже собственную гордость, я вновь повернулся к старичкам и глянул на расклад.

– Во что играем?

– Уф… ты еще здесь? Иди домой, милиция, азартные игры запрещены только монахам да детям малым, – отмахнулся леший.

– Значит, в «дурачка», – снисходительно хмыкнул я. – Ну-ну, старье, конечно, и ума особого не требует. Вся культурная Европа давно перешла на покер.