Загонная охота

У многих капсулы на поверхности снега остались, и они тоже копали. Мы потом весь остаток дня пытались вытащить людей!.. Но даже не знаем, всех ли удалось найти...

— Почему? — спросил Сочинец. — Вы же знали точное количество людей в группе.

— Да, но мы не были уверены, что они все мертвы… — горько бросил Дмитрий. — Ночью снова подморозило, и снова шёл снег… Мы сумели сделать убежища в снегу. Разожгли костры, пытались греться... Снег таял, стекал вниз. К середине ночи все уже забирались повыше — на камни, на неровности среди луж. И дрожали от холода. Одежды почти не было, еды — тоже. Даже свои капсулы не все могли отыскать. Снег был рыхлый, продолжал обваливаться. Я вот свою не нашёл. И ни у кого не было сотни баллов, чтобы капсулы переместить...

— Ну главное, что бы не заболел никто! — заметил Дунай. — Хотя тут пока такого не было замечено...

— Болеют... — Дмитрий покачал головой. — Мы тоже думали, что здесь не болеют. А оказалось… Воспаление лёгких подхватить — проще простого. К утру заболело восемь человек. Стало понятно, что больше спасательные работы проводить нельзя. Ещё день, и даже от оставшейся половины населения мало кто выживет. А спасём ли кого, и есть ли ещё кого спасать — непонятно... Нас ведь размазало всех на пару километров... Огромный участок для поиска. Собрали, что могли, и пошли искать другие Алтари Вознаграждения...

Дмитрий снова помолчал. А потом помрачнел ещё больше и продолжил:

— Нашли на свою голову… К вечеру восьмого дня. Припасы заканчивались, и еды на всех не хватало. Мы просили нас пустить, но тамошние жители упёрлись. У них много капсул вокруг было: штук шестьдесят. А значит, и людей много. И все вооружены. Они потребовали платить. Мы пытались объяснить, что пока не можем. И что у нас баллов мало — самим бы выжить. А они посмеялись... Сказали, что это наши проблемы. Ночью умерло четверо из заболевших. Я тогда уговорил наших не пытаться силой захватить Алтарь…

— И тебя послушали? — удивилась Кострома. — Вас же больше было...

— Больше. Только оружия было мало. Многие его за собой в капсулы не таскали, чтобы грязь не разводить, — ответил Дмитрий. — Короче, неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы мы на рожон полезли... На следующий день — новый посёлок. На следующий — новый. И снова везде требуют платить... А у нас людям банально есть нечего! Многие пытались растения здешние есть. Отравились. А все, кто заболел в первый день после лавины... В общем, одиннадцатого дня они уже не увидели.

— И тогда во всём обвинили тебя... — с пониманием кивнул Сочинец.

— А кого ещё обвинять? — грустно усмехнулся Дмитрий. — Тем более, это для своей группы я был хоть каким-то авторитетом. А для других — так... Какой-то левый умник. Мужики начали объединяться. Отобрали всё оружие и даже инструменты.