Загонная охота

Тут хочешь не хочешь, а не увернёшься… В конце концов, масса на скорость — это не шутки. Потому и встреча с дротиками у летунов вышла кровавой. На нас налетело около ста тварей, а вот до земли управляемым ходом добралась всего половина.

Другая половина тоже добралась до земли… Но более круто, и уже не пытаясь выправить полёт. Многие из них несли в себе по два-три дротика сразу. А мне пришла в голову запоздалая мысль, что неплохо было бы как-то договориться со своими… По вопросу, кто и в кого бросает снаряды.

Впрочем, мысль пришла и ушла, а я уже встречал одного из летунов, решившего, что щуплая Лиза — хорошая цель. Он жестоко ошибся, но понял свою ошибку тогда, когда моё копьё вонзилось куда-то в глубины его отвратительной тёмно-серой тушки.

Тварь заверещала, засипела, как пробитый мяч… А затем принялась активно агонизировать на земле. Ну а я успел оглядеться: не все успешно встретили своих врагов. Кого-то полоснули когтями, а кого-то даже пытались поднять в воздух — кажется, это была Пика. К счастью, люди рядом с ней о такой возможности помнили, поэтому девушку удалось отбить.

За три минуты наша группа всё-таки перебила большую часть крылатых «халявщиков». А остальные начали возмущённо кричать, больше не предпринимая попыток напасть. Жалкие остатки атакующей стаи сделали ещё пару кругов, оглашая воздух обиженными воплями. А затем, глубоко разочаровавшись в несговорчивом «мясе», унеслись обратно. В сторону гигантской формы жизни.

Впрочем, за эти же три минуты многие из наших тоже получили ранения. Которые теперь спешно пытались хотя бы забинтовать и промыть...

Дневник Листова И.А.

День двадцать третий. Тренировка — залог успеха

— И… раз! И… раз!

Я стоял, зажатый между Трибэ и Мелким.

Ровно стоять было нельзя: не хватало места. Пришлось встать чуть боком, выставив вперёд правое плечо и руку. А левое плечо и руку я отвёл назад. Но мне-то ладно… Я хотя бы в первой линии… А вот каково тем, кто стоял во второй — и должен был бить поверх голов?

Когда Кострома говорила: «и» — вся первая линия замахивалась копьём, а вторая делала выпад. Когда Кострома говорила: «раз» — ситуация менялась. Мы делали выпад, а те, кто стоял за нашей спиной — замахивались.

Был ещё третий ряд, но он должен был бить лишь в одном случае. Если появится опасность, что враг прорвёт строй. А ещё с третьей линией приходилось то и дело меняться. И да, Кострома тоже стояла с нами — на краю строя.

— Ладно, всё… — наконец, девушка удовлетворилась тем, что тридцать потных мужиков уже едва удерживают копья в руках. — Обедаем…

Кострома первой вышла из нашего построения. И уселась на камень, чуть прихрамывая. Я решил подойти и поинтересоваться:

— Не прошла?

— Да как она пройдёт?..