Загадочный пациент

Перекрываюсь руками, потому что неловко стоять вот так перед ним, как античная статуя.

- От тебя одни проблемы, Колибри. – бурчит он, включая душ и настраивая воду. Наблюдая на ним стыдливо и отрешенно. Неловко.

Нужно быть с ним ласковее и послушнее…

Не умею себя вести с мужчинами, не умею их соблазнять. Не могу, как это женщина просто взять и пригласить на ужин. Я просто теряюсь и не могу выдавить и слова из себя. Как мне себя везти с ним, что сказать?

- Спасибо большое… за заботу. – начинаю я, вздрагивая от прикосновения тёплой воды к телу. Вода тут же окрашивается в красный и стекает по белоснежной ванне в слив. Прикасаюсь к его руке, пробегаю пальцами по ней, чувствую как кожа покрывается гусиными лапками, становится душно. Складывается чувство, что он трогает меня, а не я его.

Майлз приподнимает бровь, прожигает темными глазами, ноздри широко раздуваются.

- Колибри, из тебя плохая актриса. – хриплый голос проникает сквозь кожу и вызывает новые спазмы, сжимая ноги, чтобы унять ощущение пустоты внутри.

- Сейчас ты единственный человек, который относится ко мне более-менее по-человечески. – трудно понять верит ли мне мужчина, но меня не остановить. Есть только один способ выбраться из всего этого, и я воспользуюсь им. – Я готова принять твои правила…

Мысли этого мужчины для меня загадка. Выражение лица Майлза не всегда совпадает с его внутренними переживаниями и мыслями. Он все держит в себе, очень скрытен и опасен. Смотрит на меня пожирающе, как смотрит волк на кусок зайчатины.

Я стараюсь прикрыть волосами и руками все свои интимные части, но у меня плохо получается. Мокрые руки скользят по телу.

Мои слова только забавляют его, разжигают огонь в темных глазах.

Майлз молчит, обдумывает слова, но продолжает тщательно намыливать моё чувствительное тело жесткой щеткой, которая смывает вместе с кровью пласты кожи. Он действует больше машинально, но я все равно, как оголенный нерв, готова загореться в любую минуту. Сама мысль, что я стою в чем мать родила перед высоким и мускулистым мужчиной, который мылит мою тело с самым непринуждённым видом, невольно возбуждает. Во мне просыпается какой-то, неведомый до этого, инстинкт. Желание наполнения…

- Скажи что-нибудь. – я все же не выдерживаю затянувшегося молчания, продолжая нервничать, а еще хотелось разогнать эту образовавшуюся дымку порока. Майлз же смывает с меня ароматную пену, ласково поглаживая чистую кожу. Плавлюсь как сырок от его прикосновений. Вроде ничего особенного, а тело покалывает от шероховатых рук. Он единственный, кто ко мне прикасался. Несмотря на логику и внутренними чувства, все равно будоражит.

- Я не переношу ложь. – сухо говорит он, выключая воду и бросая мне тяжёлое махровое полотенце.