Загадочный Чонрэй

– А что будет с Чаном, если новых обстоятельств по делу так и не возникнет? Его официально признают виновным в смерти Сины и… казнят?

Я знала, что слуга невиновен, следователь тоже это знал, но против Чана было слишком много улик. Бедный парень оказался пешкой в чужой игре.

Даже скажи я, что подозреваю Рика, это ничего не изменит. Нельзя обвинить дракона и внука первого министра на основании домыслов. Да и я не была уверена, что преступник именно Хван-Рик. Им мог оказаться Ильран, либо кто-то другой, не столь очевидно связанный с Ланой. А может, Лана тут и вовсе ни при чём…

– Когда? – выдохнула я.

– Пока следствие, как я и сказал, приостановлено. Я вернусь в школу после каникул. Будет проведено повторное расследование.

Значит, у меня есть несколько недель. И у Чана тоже. Не так уж мало, если подумать. И за это время многое может перемениться. Я могу провалить экзамены, убийца может выдать себя… главное – чтобы больше никто не погиб.

– Анастасия, будьте осторожны. Не провоцируйте преступника. Не пытайтесь сами расследовать это дело. Мне не хотелось бы осматривать ваш труп.

– У вас остался кристалл связи. Если кто-то из учеников пропадёт или случиться что-то странное, немедленно свяжитесь со мной.

Я поднялась из-за стола и направилась к выходу из комнаты. Взявшись за дверную ручку, обернулась.

– Скажите, убийство Хани тоже расследовали вы?

– Мой младший коллега.

– Почему же его не направили сюда вновь? Не справился?

– Он погиб несколько месяцев назад. Несчастный случай.

Совпадение? Возможно… Или младший коллега Тин-Шиюна начал задавать неудобные вопросы и слишком близко подобрался к истинному преступнику. Вот его и убрали.

– Тоже перерезали горло?

– Нет. Неудачно упал с лошади.

Примечательно, что когда я назвала гибель Хани убийством, следователь не стал меня поправлять.

Неделя пролетела быстро. Смерть Сины не забылась, но отошла на второй план. Ученики, словно призраки, бродили по коридорам – невыспавшиеся, замученные. Даже бездельники вроде Джитэ взялись за учёбу, стремясь набрать необходимый минимум баллов. А тем, кто хотел попасть в десятку или удержать позиции среди лучших учеников, приходилось особенно тяжело.

Я всё так же была двенадцатой. Разрыв с Квон-Джином, который был на одиннадцатом месте, немного сократился, но и только. Оставалось утешать себя, что впереди двенадцать экзаменов, за каждый из которых можно набрать тридцать баллов. Всё ещё может измениться.

Сессия длилась две недели. Шесть дней экзаменов, потом выходной (который и выходным-то кощунственно называть) и ещё шесть дней экзаменов. Затем зимний бал. На следующий день студенты и сотрудники школы разъезжались на каникулы – Первый рассвет в Чонрэе было принято встречать в кругу семьи. Те, кому было куда ехать.