Загадка верфей

Хотя почему словно? Ему действительно это было важно понять.

— Хм-м-м-м, — сказал он после некоторого молчания. — А ты знаешь, мне показалось лицо твоей невесты знакомым. Как думаешь, где я её мог видеть раньше?

На рисунках штатного графиста жандармерии в чёрно-белом варианте полгода назад. Благо, Шейн Теренс оказался тем ещё балбесом и не стал заострять внимание ни на сейфе в моей спальне, ни на Грейс Проклятом Кинжале.

— Нигде.

— Да, ты уверен? — свободной рукой комиссар почесал подбородок, тщетно пытаясь вспомнить.

Надо срочно переводить разговор.

— Пожалуй, я отправлюсь домой. Клаус случайно не здесь? Его услугами можно воспользоваться, раз уж по приказу короля я тебе помогаю в деле о верфях?

— Что? А, да, конечно. Он отвезёт тебя, куда скажешь. А ты что-то побледнел, — Маркус вновь всмотрелся в меня, — и тени под глазами появились. Паршиво выглядишь, Кай.

— Не завидуй, — отмахнулся, — просто бурная ночка выдалась с Грейс. Ты же понимаешь, о чём я?

***

Примечания автора.

1. Прототипом подстолья в Малом дворце стал слон Дали — воплощение мощного и сильного животного на худых и неустойчивых ногах. В своих работах Сальвадор Дали показывал, что всё, что считается надёжным и неизменным, на самом деле является зыбким, как граница реальности и фантазии. В моей книге слон — эвфемизм лжи, ведь ложь поначалу многим тоже кажется продуманной и надёжной.

2. Картина над камином в Малом дворце является отсылкой к древнегреческой легенде о яблоке раздора, подброшенном на стол трёх богинь.

Глава 10. Центральный Банк Лорнака"

"Весь остаток дня и всю ночь я проспал, так и не раздевшись. Сказалось колоссальное напряжение от игры в покер, шальная пуля, общение с Джейн… Оказывается, когда выгораешь магически, раны заживают отвратительно медленно и очень болезненно. Зато у меня теперь были деньги на целителя, чем я ни преминул воспользоваться, как только проснулся утром следующего дня. Послал сына хозяина гостиницы за ближайшим целителем, дал фэрн сверху за срочный вызов, а сам помылся и переоделся. Того, что целитель потребует зафиксировать травму у жандармов, я в кои-то веки не опасался. Всё-таки за то время, пока кольцо графа Рюкко находилось на моём пальце, оно сняло все внешние признаки проникновения пули. Удивительно, но даже розового шрама не осталось. Я с усмешкой посмотрел на своё тело в зеркале и понял, что в целом мне действительно всё равно: уродством больше, уродством меньше… Какая разница?

Явившийся толстощёкий мужчина с отличительной нашивкой в виде зелёного листа на груди, символизирующего принадлежность к Гильдии Целителей, долго прицыкивал языком, осматривая мой бок. Что-то бормотал, изумлялся, требовал рассказать, как так получилось, что я заработал травму внутренних органов.