Загадка сбежавшего сейфа

– Билеты в оперу… я был бы очень рад… если вы… или – было бы очень приятно… вот, билеты пропадают… может, ваша мама присмотрит за Кирой…

Хм, странно! Репетирует какой-то текст? Но зачем?

В замке повернулся ключ. Вошла Анна, неся в каждой руке по сумке.

Вернер прочистил горло, повернулся и бросился к ней:

– Анна, позвольте вам помочь, сумки такие тяжелые!

– Господин профессор, здесь только немного продуктов – все в порядке!

– Нет-нет, я сам отнесу их на кухню. И потом… э-э… я хотел вас еще что-то… э-э… спросить. – В голосе Вернера вдруг послышалась неуверенность.

– Конечно. Что именно? – Анна положила покупки на стул и с любопытством посмотрела на Вернера. Он еще раз провел ладонью по волосам, глотнул воздуха, а потом действительно стал повторять тот текст, который только что репетировал перед зеркалом.

– Я… э-э… у меня есть приятель, он играет на поперечной флейте в государственной опере, и он неожиданно дал мне два билета на «Травиату». На завтрашний день. И я подумал… в общем, если я пойду туда… в общем, один билет еще остается, и было бы очень приятно, если бы мы вдвоем… – Он едва не проглотил собственные слова! – Э-э, в общем и может быть, ваша мама… в общем, я имел в виду…

Клянусь своей когтеточкой! ВЕРНЕР! Что за невнятное бормотание! Я еще ни разу не видел его таким. Что случилось с моим дорогим поставщиком еды? Вообще-то он совсем неглупый парень! Может, он заболел? Я стал вспоминать, что я знаю о человеческих болезнях. Понял: совсем немного. Вернер всегда отличался крепким здоровьем и почти никогда не болел. Ну, иногда насморком в зимнее время, но в остальном особенного ухода он не требовал. Я пристально наблюдал, а он стоял в коридоре – такой нерешительный, жалкий – и глядел то на Анну, то опять на пол, да еще теребил при этом свои пальцы. Однажды я уже наблюдал такие нервные терзания. Нет, не у Вернера, а по телику. И это было признаком чего-то такого… ой, минутку… да, точно – признаком влюбленности! Неужели мой Вернер в самом деле влюбился в Анну и поэтому так нервничал?

Кажется, Анна тоже заметила, что с Вернером что-то не так. Она смотрела на него вытаращенными глазами. Потом улыбнулась:

– Ах, я поняла! Вы хотите спросить у моей мамы, пойдет ли она с вами в оперу. Очень хорошая идея, мама обрадуется! Она любит оперу! – Вернер молча смотрел на Анну, не открывая рта.

– Но вы ведь могли бы и сами спросить ее. Подождите минуточку, сейчас я ее найду.

Анна повернулась и торопливо пошла в сторону гостиной, а Вернер так и остался стоять в коридоре словно мокрый пудель. Потом тяжело вздохнул – и расстегнул верхнюю пуговицу на джинсах. Да уж, вечер в опере с бабушкой – не совсем то, на что он рассчитывал.

Мечтать не вредно.