Zадача будет выполнена! Ни шагу назад

Ну а нам четверым, соответственно, создать такую плотность огня, чтобы укропам было не до бегущих к ним гвардейцам княжества Монако.

Две «бэхи» идут за пикапом как привязанные, мехводы – молодцы! Танк тоже не отстает, хоть дистанция между ним и БМП все-таки больше, чем между нашим пикапом и бронемашинами. Идут четко по колее, не виляя и не цепляя обочины. Все как и договаривались!

Бах! С правого борта танка вспыхивает огонь, валят клубы дыма. Т-72, на антенне которого развевается красно-белый флаг, тут же шарахается вправо, теряет скорость и по инерции закатывается за невысокий холмик, который закрывает лишь его нижнюю часть. Люк на башне открывается, наружу лезет Шут, который, спрыгивая с брони, прячется за холмиком. Немного неправдоподобно, уж слишком размеренные и лаконичные движения у танкиста – как будто он знал, что их сейчас подобьют и готовился к этому.

Десант на БМП, надо сказать, на подрыв танчика тоже отреагировал не совсем нормально. Некоторые бойцы, конечно же, оглянулись назад, но в целом сложилось такое впечатление, что ничего заслуживающего их внимания не произошло. Ну подумаешь, танк заптурили, эка невидаль.

Я глянул через кабину пикапа, оценивая дистанцию до вражеского опорника. Меньше километра. Еще метров триста, и можно давать сигнал танкистам, чтобы они открывали огонь. Все должно сложиться так, чтобы взрывы на позициях, прикрывающих укропский опорный пункт, прогремели за пару секунд до того, как мы на него заедем, а лучше одновременно с нами. Чтобы застать салоедов врасплох, чтоб они оху… удивились так удивились!

Вот так внаглую на вражеские позиции мы еще ни разу не заходили. Были, конечно, случаи, когда по ошибке залетали на незамеченные украинские опорники или в пылу горячего боя сталкивались нос к носу с бандерлогами. Но вот так, чтобы ехать без единого выстрела к укропам в гости, это впервые. И от этого становится страшно. Когда идет бой, ты стреляешь во врага, в тебя стреляют, гремят взрывы, кровь кипит от адреналина и охотничьего азарта, страх уходит в тыл, куда-то на подкорки сознания, и его не замечаешь. А вот так вот, без единого выстрела, нестись навстречу врагу, как будто едешь к своим, это непривычно. И от этого страшно.

Страх – это нормально, к нему привыкаешь. Главное, чтобы не было паники. Говорят, жадность сгубила больше народу, чем чума. Уверен, паника сгубила не меньше. Это касается и военного времени, зоны боевых действий, да и любых экстренных ситуаций в мирной жизни. Каждый про себя знает, насколько он психологически устойчив. У каждого были некие предельные ситуации, которые проявляли, показывали, как обстоят дела с нервишками и самообладанием. Кто-то «отмороженный» в хорошем смысле, кто-то даже сверх меры, что тоже плохо. Ну а многие слабоваты.