Zадача будет выполнена! Ни шагу назад

Судьбы жителей этой земли трагичны. Многие погибнут. Но и тем, кто останется в живых, жизнь не принесет радости и счастья.

– Псих! Псих! Очнись! – Бамут пнул меня ногой, выводя из задумчивого ступора. – Задолбал уже витать где-то! Ты план штурма сложил в голове?

Руки у Семена были заняты, вот он и пнул меня ногой. Семен весь в масле, он чистит очередной пулемет. Все бойцы «десятки» были заняты хлопотными сборами перед предстоящим боем: чистили оружие, подгоняли форму и снаряжение, чинили амуницию, подшивали дыры, латали обувь, набивали магазины и ленты патронами, вкручивали запалы в гранаты.

Толкового единого снаряжения и вооружения нам не дали. Сопровождавший нашу команду капитан из комендачей привел нас в забитый трофейной снарягой гаражный бокс и милостиво разрешил брать все, что пожелаем. А тут все вперемешку: советское, российское, украинское, импортное – западное, китайское. Глаза разбегаются, да зубы болят от вида всего этого хлама."

"Когда металлические ворота бокса распахнулись, на нас пахнуло той самой вонью, о которой я уже говорил. Бронежилеты, шлемы, штаны, куртки, ботинки, ремни, подсумки, разгрузки были свалены в огромную кучу. Их никто не сортировал, не перекладывал и не чистил. Как стянули с окровавленных трупов или украинские пленные сами с себя сняли, так сюда и свалили. Из нутра бокса хорошенько так, основательно воняло дохлятиной, бомжатиной и чем-то таким мерзким, чем всегда воняет на войне. Наверное, это запах смертельного страха, которым всегда пропитываются форма и снаряжение бойцов на войне.

Но мы люди привыкшие, поэтому, засучив рукава, принялись все это добро растаскивать, сортировать, приводить в порядок и попутно примерять на себя. Надо же в чем-то воевать. Наши вещи и снаряжение нам так и не вернули. Скорее всего, уже и не вернут.

В соседнем боксе валялось трофейное оружие, которое было примерно в таком же состоянии, как и амуниция. Все грязное, перебитое, в нагаре и толстенном слое налипшей земли.

Уже вторые сутки мы чистим, драим, подшиваем, латаем, смазываем, разбираем и собираем. Спим здесь же, в этих боксах, благо они просторные.

Патронов и гранат нам выдали немного – ровно столько, сколько сможет унести на себе каждый боец. Мол, а вам зачем больше? Солить?

Для усиления дали броню – две БПМ-2 и один Т-72. Причем броню дали вместе с экипажами. Я сперва подумал: а с чего такая щедрость? А потом, когда пообщался с экипажами, понял, что они такие же штрафники, как и мы.

– Задолбало нас раздолбайство нашего непосредственного командира, вот мы с парнями и записали видеообращение, в котором просили перевести нас в ЧВК «Кувалда». Но в штабе решили, что лучше нас вместе с вами в «мясной штурм» бросить, – объяснил мне старший группы бронетехники прапорщик Смехов с позывным Шут.