Зачисление

Моральный дух бойцов имперских войск упал бы, а вражеских наоборот…

— Короче! Что ты выяснил? — перебила его Эмери.

— Меньшиков маг стихии земли. А артефакт срабатывает на огонь, — закончил свою мысль Корф.

— В каком плане? — внимательно слушая слова Корфа, спросила Эмери. — Талий сражался на клинках с Щегловым. Расстояние между ними было небольшим! Огненные заклинания ни один раз проходили рядом с Щегловым.

— Мы думаем, что когда Щеглов сорвал артефакт с шеи, в нём появилась щель, открывая доступ к пороху. И…

— Он хочет сказать, что метеоритное железо экранировало порох от детонирования, — перебил Корфа Герек. — При соприкосновении с огненным щитом артефакт взорвался.

— А как же кровь? — спросил я.

— Кровь послужила проводником между порохом и энергией, вложенной энергией в метеоритное железо. И хоть порох портится при соприкосновении с любой жидкостью, но мы поняли, как Щеглов обошёл это действие. Мы думаем, что кровь находилась в специально отведенном отверстии, изолированная до взаимодействия огня с порохом.

— А фосфор? — спросил я.

— Мы его перемешали с порохом, — ответил Герек. — Для понимания всех процессов мы брали несколько сотых грамма каждого ингредиента после чего поджигали их. В итоге нам удалось установить, что фосфор и метеоритное железо многократно увеличивают взрывную силу, а также мы заметили, что температура в радиусе десяти метров становится смертельно опасной.

— Кхах-ха, — привлекла к себе внимание Эмери. — Утром посмотрите, что эти деятели сделали с крепостной стеной.

Но, разумеется, всем стало интересно о чём говорит Эмери, и мы тут же пошли в то место, откуда недавно прогремел взрыв. Пока мы шли я придержал Герека."

"— Завтра утром проведем испытания. И мне нужно, чтобы внутрь этих артефактов вы добавили соду.

— Соду? — переспросил меня Герек.

— Да, пищевую соду! И не спрашивай меня зачем. Сам пока не помню с чем это связано. Думаю, мы поймём всё завтра! — ответил я ему. Он кивнул.

Когда мы догнали остальных, Серек и Михаил стояли около стены, от которой в радиусе около семи метров была полностью выжжена трава. А на стене остались характерные следы от сажи, у которой уже стоял Григорий и своим клинком ковырялся в ней.

— Что ты там делаешь? — спросил у сводного брата Михаил.

— А ты сам посмотри, — ответил Григорий, загоняя клинок в стену словно горячим ножом по маслу. В том месте, куда был погружён клинок, стена стала осыпаться словно песок.

— Раньше я думал камень плавится, — внимательно смотря на стену сказал я.

На что мне ответил Герек.

— Так и было, но вот эта девушка, — показал он на Кузнецову, — оказывается, хоть и слабый, но маг воды, и когда от стены повалил дым, она стала его тушить.