Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

– Иными словами, предпочитаете вести игру в одиночку? – спросил Фрэнк теперь уже достаточно жестко.

– Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое.

Эмберли взял свою шляпу:

– Не слишком мудро поступаете. Все складывается не лучшим для вас образом, мисс Ширли Браун. И вам грозит нешуточная опасность.

– Боже мой, да вы мне угрожаете, что ли? – с вызовом спросила она.

– К чему мне угрожать? Просто предупреждаю. Доброй ночи.

На всем пути до особняка Грейторн мистер Эмберли озабоченно хмурился и не стал пускаться в объяснения с Фелисити, когда та пожелала узнать, почему он так поздно вернулся.

* * *На следующее утро, сразу после завтрака, он уехал в Карчестер, где находился полицейский участок. Его немедленно провели в кабинет инспектора Фрейзера. Тот встретил его с плохо скрываемой враждебностью и заметил, что ждет этого визита уже давно.

Но сегодня мистер Эмберли был настроен весьма агрессивно, и ответ его оказался столь резок, что Фрейзер покраснел от гнева. Не дав инспектору возможности опомниться, Фрэнк затребовал отчет о ходе расследования и его результатах на сегодняшний день.

Зная, на чьей стороне скорее всего окажется начальник полиции, инспектор решил, что с этим барристером лучше не связываться. И первым делом ознакомил его с длиннющим списком безупречных алиби. У каждого в особняке было алиби, даже у прислуги женского пола. Ко времени, когда Эмберли узнал, что экономка находилась в Верхнем Неттлфолде, главный садовник – в гостях у шофера, что дворецкий гладил костюм мистера Фонтейна, а младший садовник проводил время в обществе некоей юной особы, он уже начал откровенно зевать. Инспектор предложил Эмберли ознакомиться и с другим списком лиц, обитателями коттеджей, расположенных неподалеку от места преступления, но Фрэнк заметил, что прибыл в Карчестер вовсе не для того, чтобы ему рассказывали о людях, которые преступления не совершали.

Фрейзер промямлил что-то нелестное в адрес детективов-любителей и перешел к отчету о поисках гильзы. Ее так и не нашли, равно как и не обнаружили никаких следов от велосипедных шин в поле, за живой изгородью. Происхождение сбережений Доусона также было покрыто мраком тайны. Все это позволило мистеру Эмберли сделать короткий и категоричный вывод: полиции не удалось обнаружить ровным счетом ничего.

Пока инспектор переваривал это высказывание, барристер вкратце изложил ему историю, которую узнал от Фонтейна не далее как вчера вечером.

Инспектор заинтересовался и, когда Эмберли закончил, радостно потер руки:"

"– Вот теперь у нас есть за что зацепиться. Жаль, что мистер Фонтейн не вспомнил о том случае раньше. Для натренированного ума, мистер Эмберли, в этой истории есть пища для рассуждений и серьезных выводов.