Зачем нам любовь. Том 1

— Хочешь прогулять?

На миг что-то воспряло в моей душе, вспыхнуло измученной надеждой, но так же быстро погасло.

— Если честно, мне хочется спать, — прошептала я, — день был долгим. Еще и перелет… Я пойду, ладно?

Протянула руку, чтобы коснуться его плеча, но так и не сделала этого.

Не надо. Не стоит.

Марат остался на кухне, а я ушла в спальню. Там юркнула под одеяло с головой и некоторое время лежала в полной темноте и тишине. Пряталась не только от этого мира, но и от себя и своих иллюзий, которые только усугубляли ситуацию.

Как мне выжить в этой мясорубке? Когда, что ни день, то новое испытание? Когда в моей жизни нет ничего надежного, ни единого островка. И стоит только немного расслабиться, как на голову сваливаются очередные неприятности.

Муж, который влюблен в другую.

Брат, выкручивающий жилы.

Больная мать.

Ревность.

Тоска.

Страх перед будущим.

И отчаянное одиночество.

На фоне этого требование Матвея забеременеть от Марата казалось чудовищной насмешкой.

Под одеялом стало душно и откинула его в сторону. Потом взяла в руки телефон, зашла в банковское положение и перевела Матвею девяносто процентов того, что успела заработать.

Пусть подавится.

После этого легла на бок и моментально уснула, как будто кто-то отключил подачу энергии. Просто закрыла глаза и вырубилась, не успев измучить себя невесёлыми мыслями.

А утром проснулась позже обычного и то лишь от того, что услышала какой-то звон.

Сонно жмурясь. Я приподнялась на одном локте и прислушалась.

Звон повторился на кухне. А еще, кажется, кто-то что-то говорил. Или пел…

Пребывая в полнейшем недоумении, я сползла с кровати и на цыпочках пошла туда, откуда доносились эти звуки.

А там Марат. В махровом халате, с сырыми волосами после душа, читал рэп на плохом английском, используя в качестве микрофона пучок брокколи.

Я так и замерла с открытым ртом, уставившись на этого балбеса.

До чего ж хорош-то…

Аж сердце всмятку.

В этот момент он обернулся, увидел меня и замер с капустой возле рта. Потом поспешно отбросил ее в раковину и пробубнил:

— Ты этого не видела.

— Видела, — пришлось закусить губы, чтобы не рассмеяться.

— Если кому-то скажешь, я тебя… — сделал жест, будто кому-то сворачивает шею.

— Ну не зна-а-аю, — протянула я, подходя ближе. — помнится, кто-то прикалывался над мои кухонным пением, а сам.

— Ну, а что я сделаю? Душа вдруг песни потребовала.

— С чего бы это? — подозрительно прищурилась я.

— Просто так. Хорошее настроение, — улыбнулся он, не догадываясь, как действовала на меня его улыбка, — умывайся и будем завтракать.

— Ну просто сокровище, а не муж.

— Да-да, я такой. Хвалите меня.

Я закатила глаза и пошла в ванную, а он продолжил петь, в этот раз во весь голос и совершенно не стесняясь.