Зачем я ему?

— Сними ее отсюда и помоги нам такси вызвать…

Леха, чертыхаясь, подходит к столу и под недовольный мужской вой стаскивает пьяную Машку на пол. Та хочет его поцеловать. А он отворачивается и тут же получает за это со всей силы удар в пах. Народ ржет, свистит, парень, согнувшись, пытается продышаться, а Машка цепляет с дивана сумочку и гордо вышагивает вперед, даже не качается. Идет прямо, хватает за рубашку какого-то парня и притягивает его к себе. У меня волосы на голове зашевелились. Это же тот Рыжий, фрик, с которым она чуть не подралась на улице. Явно не понимает, что делает, а он быстро сориентировался, целует в ответ. Стою, глазам не верю, а потом, потом она толкает его в стену, а там и не стена вовсе, там дверь оказывается. Вокруг кричат, улюлюкают, я их больше не вижу, они там, где-то внутри… Оборачиваюсь в шоке к пловцу, он тоже растерянный стоит, вроде приходит в себя после удара.

— Там что? — киваю на дверь.

Вот попала-то! Как ее вытащить оттуда?

— Эй детка, давай-ка на стол вместо подружки.

Смотрю на пьяного парня лет 25. Не видела раньше, очевидно, что уже универ закончил, если вообще учился… Опять смех вокруг.

— Олег, сбавь обороты. Это девочка Айса, не лезь к ней.

Не знаю того, кто это говорит, но согласна с каждым его словом. Каждым!

— Да ладно? Правда, что ли? А ты хорошенькая…

— Руки от нее убери, а то вслед за Максом будешь себя по кускам собирать. Не факт, что до свадьбы заживет. — Леха встает между нами.

Макс — это же Полянский? Ну, а кто еще… По кускам собирать? Значит, одним моим ударом он не отделался.

— Леш, надо Машку оттуда вытащить, — киваю в сторону двери. — Она же явно не понимает, что творит.

— А когда мне яйца решила отбить, тоже не соображала?! Варь, оставь, ей там хорошо.

— Не думаю, что завтра ей тоже будет хорошо… Я тут осмотрюсь хоть, если она объявится, напиши, а?

Тот кивает, а я иду по второму этажу. Здесь значительно меньше людей. Где-то больше света, где-то совсем темно. Музыка слышна, но, конечно, не так, как внизу.

— Развлекаешься, пока Айса нет? А он знает?

— Присаживайся, — хлопает рукой по дивану рядом с собой. Он один тут почти в углу, вроде не так далеко от других, но место какое-то уединенное, и мне это не нравится.

— Да нет, я пойду обратно.

— Садись, садись. Ничего я тебе не сделаю, — хватает за руку и усаживает рядом. — Давно поговорить хотел. А ты ведь мне нравилась…

Смотрю на него и вспоминаю. Как он ехал тогда за мной на машине медленно, как мы с ним обедали в «Лилии», как не хотел, чтобы я уходила, и как пришел Никита…

— Я долго понять не мог, что же он нашел в тебе, — делает большой глоток. Кажется, Артем сильно пьян. — Будешь? — кивает на стакан.

— Ты только появилась в универе осенью, а он тебя сразу из толпы выцепил.