Забывший имя Луны

Списывать такой поступок на излишнюю религиозность Предславы не стоит, хотя все могло быть. Вполне возможно, что предполагаемый жених был отнюдь не молод и красив, если не сказать покрепче. А может, за ним ходила слава этакой «синей бороды». Было от чего сбежать в монастырь. Недаром тетка очень опасалась гнева князя. Расправа могла быть быстрой и беспощадной. Житие передает следующий диалог:

«Чадо мое! – скорбно восклицала игумения, – како могу се сотворити? Отец твой, уведав, со всяким гневом возложит вред на голову мою, и еще юна еси возрастом, не можеши понести тяготы мнишескаго жития, и како можеши оставити княжение и славу мира сего?». Но чадо твердо знало, чего желать: «Отпеща же блаженная отроковица: „Госпоже и мати! Вся видимая мира сего красна суть и славив, но вскоре минует, яко сон!“ .

Столь разумное утверждение двенадцатилетней девицы убедило игумению: «Удивишеся разуму отроковицы, – свидетельствует Житие, – удивишеся любви ея к Богу, повеле воле ея бытии, огласив ю иерей, остриже ю и нарече имя ей Евфросиния и облече ю в черные ризы…».

Принять такое решение игуменья была не в состоянии. К разрешению спора подключили епископа Полоцкого Илию. Епископ имел большое влияние на князя и дело было полюбовно улажено. С благословения Полоцкого епископа Илии Ефросиния стала жить при Софийском соборе, занимаясь переписыванием книг: «начала книги писать своими руками, и прибыль отдавала нуждающимся». Вероятно, при соборе работали талантливые мастера-книжники, так как большая библиотека все увеличивалась, а для создания даже одной книги необходима была работа целой мастерской и не за малое время.

«В глазах образованных людей, – отмечал секретарь польского короля Стефана Батория Р.Гейденштерн, описывая разгром Полоцка Баторием в 1570 году, – почти не меньшую ценность, чем вся остальная добыча, имела найденная там библиотека. Кроме летописей, в ней было много сочинений греческих Отцов Церкви…». Все это хранилось в Софийском соборе!

В 1128 году печатные работы видимо наскучили молодой монахине и она ударилась в строительство. Житие объясняет сей поступок просто: «чудо» и приводит следующее:

Как-то во сне она увидела, как «ангел повел ея в Сельцо» на окраине Полоцка и произнес: «Зде ти подобает быти!». В ту же ночь ангел явился и епископу Илии, сказав: «Веди ю, рабу Божию Евфросинию в церковь Святаго Спаса, нарекомое Сельце, – место то свято есть!».

Епископ Илия тут же благословил официально, при многочисленных свидетелях, преподобную Ефросинию на основание женского монастыря, определив место обители – Сельцо, где была церковь Спаса и место погребения Полоцких епископов.