Хозяйка забытой усадьбы

Я намеренно не уточняла, что это за дом, не без основания уверенная, что проблема была именно в этом. На руку мне играло, что только Фабио был в курсе, что я владелица «Забытой усадьбы». Прочим же это, похоже, и в голову не приходило. Воистину, на этом особняке какое-то заклятье, отвлекающее внимание.

– Не вижу никаких препятствий, – отмахнулся лорд Мортензи, явно не горящий желанием вникать в мелкие бюрократические проволочки.

– Увы, мэтр Беранже направил меня к Вам за официальным разрешением… – похлопала я ресницами, как меня учили в пансионе.

– Вы замужем? – завороженно глядя на меня, спросил префект.

– Вы уже спрашивали. Нет.

– Ах, да… Так о чем мы?

Через пятнадцать минут я спускалась по ступеням префектуры, храня в ридикюле сложенное вчетверо хрустящее разрешение, на получение плана дома и сопутствующей документации из специальной секции архива.

Был момент, когда мне показалось, что маленькая афера не удастся, но, я все больше укреплялась в мнении, что лорд Мортензи, скорее, вояка, чем штабной управленец. Он явно тяготился бумажной волокитой и в отсутствии Фабио не хотел заниматься документами, поэтому я предложила ему выдать мне стандартный бланк с печатью и подписью, пообещав, что адрес я впишу сама.

Было немного совестно, что я воспользовалась тем, что мысли префекта, видимо, были заняты исчезновением наместника. Но, в конце концов, я же ничего плохого не затевала.

Никаких заговоров, интриг, переворотов и контрабанды.

Я же обещала.

Предвкушая, как я ткну длинным горбатым носом мэтра Беранже в разрешение, я выпорхнула из префектуры окрыленная.

Уже на подступах к библиотеке меня окликнули.

Я обернулась и увидела вальяжно направляющегося ко мне капитана Кальдерру.

Глава 28. Тучи сгущаются сильнее

После вчерашнего видеть капитана мне совершенно не хотелось.

Причиной тому было не только его ужасное обращение с моей соседкой, мне все еще не давали покоя следы, замеченные мною на его руках.

Я сомневалась, что они появились у Кальдерры из-за излишней заботы о моей безопасности. Вряд ли капитан просто проверял, надёжно ли по ночам заперта дверь чёрного хода в «Забытой усадьбе».

Сегодня же кисти Кальдерры были скрыты форменными перчатками. Насколько мне было известно, обязательно их ношение было только в парадном варианте, однако сегодня они красовались на его руках.

Караульщики без перчаток, а капитан в них. Удивительно.

Уж не ожоги ли там прячутся?

Кроме обоснованного недоверия, я, в целом, испытывала к Кальдерре неприязнь. Сказав про него, что он – человек с гнильцой, Корбу охарактеризовал его очень метко.

Тем не менее, несмотря на моё нежелание общаться с капитаном, выбора у меня особого не было.