Хозяйка забытой усадьбы

С моей-то боязнью мышей я первым делом поставила защиту от грызунов.

– Наверное, после вчерашней находки перенервничала, – напомнив о сукне, отмахнулась горничная.

Это было вполне возможно.

Однако все равно становилось не по себе.

Правда, я тоже вчера перестраховалась. Несмотря на то что благодаря мастеру стала обладателем новенькой блестящей связки ключей, на ночь я все равно поставила свою дилетантскую сигналку. И не только на двери, но и на ставни, припомнив след в клумбе под кухонным окном.

Сплю я довольно чутко, я бы почувствовала, если бы кто-то попытался залезть в дом. Будем надеяться, что это действительно лишь разыгравшееся воображение Марсии.

– А что это будет? Круассаны? – загорелись глаза горничной, когда я стала нарезать тесто треугольниками.

– Да, – улыбнулась я её почти детскому восторгу. Вот бы и Горганз им также обрадовался.

Марсия, осознав, что она не просто проспала, но и оставила меня без печи, бросилась ее растапливать.

– Зря вы меня не разбудили, – винилась она. – Теперь она будет не такая горячая…

– Нам того и надо, – успокоила я ее. – Если внутри будет слишком жарко, то масло из теста сразу расплавится и вытечет.

Я с содроганием вспомнила, как меня распекал повар королевы Эслинн. Он кричал, что я безрукая и годна только картошку чистить, а я понять не могла, что не так. Не пригорело же… Теперь-то я узнала… После того как меня заставили делать одну за другой шесть партий круассанов.

Немного поразмыслив, только часть треугольничков я завернула вместе с застывшим джемом.

– А эти почему пустые? – разочарованно спросила сладкоежка-Марсия.

– Увидишь, – не стала я раскрывать интригу.

В конце концов, нам и самим позавтракать нужно, а возня с тестом и так отняла у меня немало времени. Кашу варить было уже некогда. Только и успеем, что выпечь круассаны, перекусить, и нужно будет идти в префектуру.

Будь она неладна.

Когда пушистые рогалики были вынуты из печи, парочку из них я надрезала пополам, положила внутрь лист молодого весеннего салата, дольку огурчика, кусочек маслянистой брынзы и полосочку сырокопчёного окорока, который после долгих раздумий был признан мной и Марсией достойным доверия.

Мы даже заварили не чай, а кофе, маленький мешочек с которым обнаружился в кладовке. Я не большой любитель, но сейчас это было уместно, ибо глаза закрывались у нас обеих, немного бодрости нам было просто необходимо.

По кухне плыли ароматы свежей выпечки и кофе. Круассаны удались, они были воздушными, а сочетание солоноватого окорока, свежего хрустящего огурчика и сливочности брынзы привело меня в такое благостное расположение духа, что я решила начать бесить наместника не сразу и выбрала самое свое скромное платье, и даже застегнула его на все пуговки.