Забытое

Но чем темнее становились тени, тем больше становилась сила Кристиана. К вечеру фрегат набрал скорость и высоту, а черные паруса наполнились живой клубящейся темнотой.

Каменная лошадь увеличивалась, приближаясь, пока ее силуэт не размылся и не стал просто горой. «Вечный» несся над камнями, взбираясь все выше и выше, чтобы преодолеть «гриву». Мои друзья застыли на корме, напряженно глядя на Кристиана. Тьма вокруг нас бурлила и пенилась, фрегат поднялся уже так высоко, что мы могли коснуться облаков. Каменные склоны остались так далеко внизу, что смотреть через борт стало невыносимо страшно. Мы молчали, надеясь, что Кристиану хватит сил, чтобы преодолеть скалы.

По-стариковски кряхтя, фрегат перемахнул еще один горный уступ. Внизу лежал снег, и на корабле снова стало невыносимо холодно. На пике фрегат тряхнуло, и часть кормы с треском отвалилась, не выдержав напряжения. Ливентия вскрикнула, и Ринг закрыл ей рот рукой. Девушка торопливо закивала, показывая, что поняла. Любой звук мог помешать Крису. Мы сбились тесной кучей, с ужасом наблюдая, как отваливаются части корабля. Сломалась и обвалилась мачта, за ней — кусок борта. Справа и слева уже зияли огромные дыры, словно дерево погрызла гигантская мышь. От парусов остались жалкие лоскуты. Еще один горный пик — и еще один кусок корабля ухнул вниз. Фрегат накренился, теряя равновесие, и все мы попадали, не устояв.

— Держитесь! — заорал Киар.

Я бы хотела, вот только за что? Пальцы беспомощно скользили по доскам, но зацепиться было совершенно не за что!

Щупальца Тьмы обвили мое тело и забросили на нос корабля. На миг я увидела лицо Кристиана — серое от усталости, с черными, горящими глазами. На его шее вздулись вены, раскинутые руки стали продолжением тьмы. Вокруг февра ревела тьма и в ней скалились лица и морды. Тьма открывала безобразные рты, кусалась и рвала воздух, раздирала его в клочья. Тени кипели расплавленным углем. Пульсировали вокруг своего живого человеческого сердца.

Один миг, один взгляд на меня.

«Спасибо», — шепнула я беззвучно и поползла к капитанской каюте, где сидели остальные. Пальцы, локти и колени кровоточили содранной кожей, на теле расплывались синяки. Увернувшись от летящего в лицо куска палубы, я подтянулась и забралась к друзьям. Ринг вытащил провалившегося в дыру Айрона, Ρейна повисла на веревке, но когда Ρжавчина протянул ей руку, лишь зашипела и выбралась сама.

Фрегат, вернее, то, что от него осталось, с трудом выровнялся и нырнул через последний грядной пик. Белая рыба с мечом вместо носа треснула пополам и рухнула на снег. A «Вечный» тяжело скользнул вниз и, опустившись на льдистый склон, понесся с горы.

— Осторожнее! Держаться! — приказал Киар.

Мы вцепились в оснастку, гнилые веревки и доски.